Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 178 – Дженни Кир

Лишь в этот миг она поняла, почему от нее тщательно скрывали правду о его страшных ранениях. Снаряд, разорвавшийся под ногами Роланда Мейвезера, оставил его без того, чем мужчина любит жену. Мерси в ужасе и изумлении созерцала темно-красную массу искореженной плоти и рубцов у него между ног: ничего более жуткого ей в жизни видеть не доводилось. Она была невинной девушкой, однако выросла на ферме, а потому знала, что для продолжения рода необходимы определенные части тела, ведь ее отец не раз кастрировал животных.

У Роланда же там не было вообще ничего.

Мерси не могла отвести глаз от искалеченного тела мужа, пока разум ее судорожно пытался осмыслить увиденное, или, точнее, то, чего она не увидела. Она не знала, как теперь функционировал организм Роланда и что он при этом чувствовал, но ее первой реакцией было безмерное сострадание. Разве это не хуже, чем потерять руку или ногу? Ведь именно это определяло его как мужчину, и бедняга наверняка пережил страшную психологическую травму. Всем известно, что неспособность иметь детей заставляет мужчин и женщин ощущать себя неполноценными. Женщина, признанная бесплодной, считалась человеком второго сорта. В тот миг Мерси думала только о чувствах Роланда и ни о чем больше.

— Я знал, что все мои жертвы – месяцы, проведенные в окопах, полных грязи и крыс, – не напрасны. Товарищи гибли у меня на глазах. Я слышал их крики во сне, но, не дрогнув, выполнял свой долг в самых чудовищных условиях. И все ради того, чтобы подарить всем, кто остался дома, – и тебе в том числе – лучший мир.

Слезы текли по лицу Мерси, ей и правда было очень его жаль.

— Ты не оставишь меня? Честное слово, я вряд ли смогу жить дальше, если ты так поступишь. Ты ведь не бросишь меня после всего, что я вытерпел? – И Роланд приложил руку к рубцам, словно бы признавая наконец свое увечье.

— Я никогда тебя не брошу, – ответила она, не раздумывая.

Да, ее обманули, и последствия этой лжи еще предстояло осознать, но разве могла она отказать изувеченному мужу в утешении? Мерси поднялась с кровати и обняла Роланда. Он не противился. Осыпал ее поцелуями, прижимал к себе и плакал. Так они и пролежали всю ночь, переплетясь телами. Мерси гладила его по волосам и повторяла, что все будет хорошо. А что еще она могла сказать после всех принесенных им жертв? Ее долг заключался в том, чтобы быть верной женой, а о любви речи даже не шло.

Если бы в последующие годы Роланд относился к ней с добротой, Мерси, возможно, смогла бы это вынести.

Роланд провел тыльной стороной кисти по лицу, проверяя, нет ли крови, но стычка с Гилбертом была лишь мелкой потасовкой, и ущерба никто из противников не понес. Муж несколько минут пристально смотрел на Мерси, прежде чем спросить:

— А что это за тип набросился на меня?

— Мистер Адамс. Он тоже живет тут. И он мой друг.

— Друг, говоришь? Ну-ну! Могу себе представить.

— Если ты думаешь, что я изменила тебе, то ошибаешься.

Мерси была абсолютно уверена, что, окажись Роланд здесь на полчаса позже, она не смогла бы с чистой совестью произнести эти слова. А потому опустила глаза.

— Чего, черт возьми, ты надеялась добиться, когда сбежала из дома? Ты ведь знала, что я все равно тебя найду. Ты моя жена, которая поклялась перед Богом любить и почитать меня и во всем мне повиноваться.