Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 171 – Дженни Кир

Клара передернула плечами и повернулась к тете:

— Подумать только, что могло бы случиться, если бы ты сдала комнаты Томпсону…

Мерси поняла, что пыль от этих тревожных откровений будет оседать еще долго и удушливый запах обмана покинет дом нескоро.

— Несправедливо, что этот негодяй выйдет сухим из воды, не понеся никакого наказания, – проворчала Агнес.

— Не волнуйся, моя дорогая тетушка. Месть – блюдо, которое подают холодным. У меня достаточно связей – и дома, и в Лондоне, – чтобы это горькое угощение оказалось на столе у Томпсона. А теперь… – Клара театрально рухнула в кресло. – После всех этих драматических событий мне надо срочно выпить чего-нибудь покрепче.

— Разумеется. Налейте всем мадеры! – провозгласил Александр, с шумом хлопнув ладонями по подлокотникам. – У нас все равно есть повод для праздника, ведь после того как вы сегодня поддержали меня, я понял, что моя семья находится здесь, в этой комнате. Жаль, что я раньше этого не понимал.

Кларе не требовалось повторять дважды. Она тут же вскочила и направилась к графинам, что стояли на буфете. Агнес тем временем перевела взгляд на Гилберта.

— Нам непременно нужно поговорить о ваших сомнительных контактах с усопшими. Боюсь, это не слишком угодно Богу, мой милый. – И пожилая дама похлопала по креслу, призывая жильца присесть рядом с ней.

— Ах, тетя Агги, мы давно знали, что Гилберт со странностями, – вмешалась Клара. – Но, дорогая, я была абсолютно уверена, что он продает пикантные фотографии в непристойные журналы. Так что спиритизм – это еще ничего, все могло оказаться гораздо хуже. К тому же я и сама не раз баловалась доской Уиджи. Честное слово, бедняжка Митци действительно верит, что ее двоюродную бабушку Эльспет убили. Надо будет сказать, что Невилл дурачит ее вот уже несколько месяцев…

Извинившись перед собравшимися, Мерси объявила, что хочет приготовить всем сэндвичи, и поспешно спустилась на кухню, пока кто-нибудь не вспомнил о ее ошеломляющем признании насчет истинных чувств к Гилберту.

* * *

В кухне стояла тишина. Повторение простых движений – нарезать хлеб, аккуратно намазать маслом каждый ломоть и разложить по тарелкам сэндвичи с разными начинками – успокаивало взволнованный ум молодой женщины. Мерси надеялась найти в себе смелость вернуться с угощением в комнату Александра, потому что присутствие остальных должно было смягчить неловкость, однако гадала, сможет ли снова остаться наедине с Гилбертом теперь, когда он знал правду. Вероятно, они оба знали ее всегда. Но Мерси не имела права действовать, доверившись чувствам, которые захватывали ее целиком.

Наверное, разумнее всего было бы съехать отсюда. Но возвращаться в Суффолк она не собиралась ни при каких обстоятельствах. Поначалу после побега из дома возвращение в деревню казалось ей неизбежным. Мерси не сомневалась, что ее непременно отыщут и водворят обратно, – это было лишь вопросом времени. Однако с тех пор она встретила на Бёрлингтон-сквер столько тепла и участия, что наконец признала очевидное: дома, на ферме, с ней поступили неправильно и она не обязана снова терпеть несправедливость.

«Пусть приходят, – решила она, – я буду бороться».

Вспомнив, что в гостиной у Агнес стояла симпатичная зеленая стеклянная этажерка для пирожных, Мерси вытерла руки о передник и накрыла тарелки с едой чистыми полотенцами. Инки обожал рыбную пасту, а где сейчас бродит кот, она не знала.