Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 111 – Дженни Кир

Стивена охватило беспокойство: он понятия не имел, как правильно вести себя за столом, да еще в элитных заведениях. Он был уверен, что в подобных местах существует особый язык еды и питья, совершенно чуждый ему. Томпсон вычитал в книгах, что столовые приборы следует брать от края к центру, однако его нынешний рацион был до предела прост, а в годы скитаний – и вовсе скуден. Справится ли желудок с изысканными блюдами и сумеет ли их оценить? Тем не менее такую возможность никак нельзя было упустить. А потому Стивен ответил:

— С величайшим удовольствием приму ваше предложение.

— Превосходно, – обрадовался Александр. Румянец залил его щеки, а глаза, обычно печальные и потухшие, заискрились под седыми бровями. – Мы будем есть, пить и веселиться.

— Все приготовления я возьму на себя, – сказал Томпсон, уже зная, как сделать этот день по-настоящему особенным для старика.

В субботу Стивен вышел из дома рано утром, намереваясь подзаработать. Проводить время с Александром было приятно, но теперь ему как никогда требовались деньги, особенно если он собирался сделать на день рождения старику сюрприз. Вернувшись спустя несколько часов, Томпсон заметил, что в доме стоит непривычная тишина. Обычно из кухни, где хлопотала мисс Хамфрис, доносился шум. К тому же хозяйка всегда выглядывала в коридор, чтобы поздороваться. Однако сейчас ее нигде не было.

Стивен поднялся по лестнице, испытывая разочарование: значит, сегодня не будет ни чайника, который «вот-вот закипит», ни свежей выпечки. Доставая ключ из кармана возле своей двери, он услышал наверху шаги. Мгновение спустя на площадке появился Гилберт.

— Женщина из подвала потеряла ребенка, – произнес он с присущими ему лаконичностью и «обаянием».

Стивен прищурился, не сразу уловив смысл. Неужели этот молчаливый парень думает, будто он украл младенца? Или полагает, что ему известно, куда тот делся?

— У меня его нет, – нахмурился Томпсон. – Вы вызвали полицию?

— Нет, я имел в виду, что сегодня утром у нее начались преждевременные роды. Произошел выкидыш.

Только теперь Стивен понял.

— Могу я чем-то помочь? – спросил он, желая оказаться полезным.

Гилберт покачал головой:

— Разве что убедить ее мужа проявить хоть каплю сострадания, но у вас это вряд ли получится. За ней присматривает мисс Хамфрис. Я просто подумал, что вам стоит знать. – Он развернулся и поднялся к себе.

Больше говорить было не о чем. Оба мужчины не считали себя вправе – да и не желали – обсуждать столь тягостную тему.

* * *

Всю свою жизнь Стивен настороженно относился к людям и неохотно заводил друзей. Даже с женщинами у него все складывалось как-то напряженно и неловко. Но теперь он внезапно ощутил в себе перемены. Ему нравилось общество Александра, и, возвращаясь домой, он все чаще искал встреч с мисс Хамфрис – не только в надежде, что ему предложат печенье. Хозяйка тоже чувствовала себя в его обществе непринужденно и настояла, чтобы он называл ее Агнес.

Однажды вечером они сидели рядом на ее потертом диване. Томпсон сетовал на то, как неудачно сложилась его жизнь, а пожилая дама уверяла, что Стивен еще достаточно молод и его ожидает прекрасное будущее.

— На свете нет ничего невозможного, – повторила Агнес утверждение из детских книжек с волшебными сказками.