Книга Кукольный лес, страница 74 – Саския Калден

— Тогда я подожду, – говорю я и сажусь на пластиковый стул.

Она встает, бросает взгляд на дверь кабинета доктора Виккерта, затем снова садится. Видимо, ей нельзя его беспокоить, но девушка бы охотно предупредила его, что здесь кто-то из полиции. Похоже, эта ситуация заставляет ее нервничать. Она оглядывается по сторонам, ее кресло поскрипывает, когда девушка подъезжает к компьютеру и тут же возвращается к стойке. Затем она встает и исчезает за боковой дверью. Уходит от ответственности.

На самом деле она скрывается там до тех пор, пока не открывается дверь доктора Виккерта. И тут девушка внезапно вбегает обратно. Однако я оказываюсь быстрее, встаю со стула и в три шага оказываюсь у двери Виккерта.

Из кабинета выходит женщина лет тридцати, симпатичная и стройная. Ее щеки слегка раскраснелись, короткие волосы немного растрепаны. Она мельком оглядывается, улыбается, затем берет пальто с вешалки и натягивает его.

Доктор Виккерт сидит за своим стеклянным столом и что-то записывает. Он почти не изменился. Трехдневная щетина, выразительный подбородок, слегка приподнятые уголки губ, словно на них всегда играет улыбка. Лишь в черных волосах теперь пробивается несколько серебристых прядей, что ничуть не умаляет его привлекательности.

Увидев Виккерта, я немного волнуюсь. В ногах чувствуется слабость, сводит живот. Я подавляю мандраж и вхожу в кабинет. Мягкий ворс ковра заглушает мои шаги. В воздухе витает слабый аромат парфюма. Его парфюма. Древесный, мужской, уверенный.

Он замечает меня лишь тогда, когда я уже стою в паре метрах от него.

— Я говорила, что без предварительной записи нельзя, – бормочет девушка с утиным клювиком, ворвавшись в кабинет следом за мной.

Доктор Виккерт смотрит на меня. В его глазах мелькает ясное узнавание.

— Госпожа Хольм, – говорит он низким и мягким голосом. Как и тогда.

Виккерт встает и кивает помощнице. Она отступает и закрывает дверь. Затем он протягивает мне руку – его рукопожатие теплое, кожа гладкая. Как тогда.

— Я думал, между нами все кончено, – говорит он, будто «мы» вообще когда-то были. Были лишь он и я. Его потребности против моих. Разные, как день и ночь.

Его улыбка становится шире.

— Рад, что вы снова здесь.

На секунду мой взгляд останавливается на кожаном диване медового цвета с белоснежными подушками. На маленьком приставном столике – коробка с салфетками, и я не хочу знать, для чего еще она используется.

— Я не собираюсь сидеть на вашем диване.

Еще минуту назад его лицо светилось от радости, но теперь между бровей залегла глубокая складка, которой раньше не было.

— Тогда чего же вы хотите? – спрашивает Виккерт напряженным голосом, который тем не менее звучит все еще дружелюбно.

Я достаю свое удостоверение.

— Вам знакомо имя Малены Таннер?

Он явно застигнут врасплох и не знает, что сказать. Его взгляд блуждает по комнате, словно Виккерт ищет выход.

— Она была вашей пациенткой, – добавляю я.

— Мне очень жаль. – Внезапно он смотрит мне прямо в глаза. – Я ничем не могу вам помочь.

— Неужели? Но вы же еще даже не знаете, о чем речь.

Мужчина улыбается. С сочувствием, словно понимает, в чем моя проблема. Как будто искренне хочет мне помочь. Я знаю эту уловку, его методы. Так он заманивает пациенток, внушает доверие, дает им почувствовать, что они в надежных руках. Пока они не станут податливыми, как воск. Он слушает их, но не для того, чтобы решить их проблемы. Он просто хочет знать, что им нужно, что они хотят услышать.