Книга Кукольный лес, страница 44 – Саския Калден

У меня задрожали колени, когда мужчина схватил меня за затылок и толкнул вниз по темной лестнице. Свет включился лишь на последних ступеньках. Видимо, сработал датчик движения.

Он провел меня мимо двух комнат, где стояли огромные бочки из синего пластика. От них несло на весь подвал. Вонь стояла прогорклая и затхлая, словно где-то лежало мертвое животное. Напольная плитка бежевого цвета была грязной и при каждом шаге издавала чавкающий звук, скользкая подошва туфель прилипала к ней. Если в жилой части дома отец Клары, похоже, уделял внимание чистоте, то здесь пол явно никогда не мыли.

На стене висели фотографии в рамках. Все они были сделаны в лесу, многие – ночью. И на каждой из них он держал в руках убитое животное. Сова, рысь, глухарь. Все животные, охраняемые законом. Словно он хотел что-то доказать этим.

Мужчина остановился перед самой дальней дверью, которая вела в глубокую темноту. Но затем на потолке зажглась неоновая лампа, мерцая и жужжа. Комната была размером с гараж. На полу и под деревянным верстаком одно чучело сменялось другим. Неподвижные и безжизненные, но обманчиво реалистичные. Зайцы, совы, рыси, бобры, волк. Верстак, покрытый грязью и остатками клея, был завален тюбиками с краской, консервантами и коробками, полными соломы и древесных опилок. На стенах висели небольшие инструменты, от вида которых у меня перехватывало дыхание. Молотки, пилы, ножи, стамески, скальпели.

Мужчина вытолкнул меня за порог. Едкий запах мертвой плоти и химикатов въелся в слизистые, вызывая рвотные позывы, которые я с трудом подавляла. Он еще сильнее сжал мой затылок.

— Иногда случается, что кукла ломается по неосторожности. – Мужчина направил мой взгляд на инструменты. – Например, когда она играет с электрощитком и не понимает, что в коридоре установлена камера.

Он резко повернул мою голову и направил мой взгляд на монитор, висевший рядом с дверным проемом. Широкоугольная съемка показывала весь коридор дома. Было видно всё. Все двери, каждый угол, электрощиток, перед которым я стояла и минутами подбирала код. Мужчина видел, как я забежала в детскую, а вскоре после этого Клара стояла у этого чертова щитка, пока я пробиралась к мнимой свободе. Скорее всего, камеры были установлены по всему дому.

Он снова дернул меня, заставив посмотреть на инструменты. Затем потянул назад, к проходу в соседнее помещение.

— Когда я закончу с ней, она займет почетное место в моей коллекции.

Отец Клары рванул мой затылок влево, и на этот раз я практически перестала дышать. Я закашлялась и одновременно застонала.

Передо мной стояла девочка. Неподвижная, безжизненная, обманчиво настоящая. На ней были такие же кукольное платье и парик, как и на мне. Она была еще совсем маленькой, думаю, не старше десяти лет. Это было пугающе, жестоко и не укладывалось в голове. Если бы она не смотрела в одну сторону, словно окаменевшая, я бы подумала, что она еще жива. Но она была мертва. Она не выжила.

— Ты не поверишь, насколько сложно найти подходящих девочек. – Свободной рукой мужчина подкатил к себе табурет на колесиках, отпустил мой затылок и сел.

Я отвела взгляд от девочки и, отступая назад, чуть не споткнулась о собственные ноги, когда увидела, что́ лежит на верстаке позади нее.

Тело девушки, хотя об этом можно было лишь догадываться, поскольку плоть была содрана до костей. Ноги и одна рука были обмотаны проволочной сеткой и частично покрыты папье-маше.