Книга Кукольный лес, страница 107 – Саския Калден

— Любовник? – спрашивает Джессика, посмотрев сначала на Болте, затем на меня.

Черт! Я не хотела, чтобы она узнала об этом сейчас. Я не хотела обременять ее еще и этим.

— Я… Мы предполагаем, возможно, у твоего похитителя что-то было с твоей мамой… может быть, у него был роман с ней…

— Нет! – отрицает она и трясет головой.

— Мы подозреваем, что Клара была твоей сводной сестрой.

Джессика смотрит на меня с открытым ртом, ее взгляд снова мечется.

— Но это неправда, – говорит она. Это звучит так, будто она не просто отказывается признать факты, а скорее уверена в своей правоте. Она ерзает на стуле и, кажется, очень взволнована.

— Что неправда? – спрашиваю я.

Джессика

После того как Клара упала в ванной и отец не смог нащупать у нее пульс, с ним случилась истерика. Он продолжал выкрикивать ее имя, гладил по щеке, снова и снова кричал ее имя, хлопал по щеке, тряс маленькое худое тело. Но Клара так и не очнулась. Ее лицо побелело как снег. Губы посинели и были полуоткрыты, как у Лолы.

Я все это время стояла, прислонившись к ванне, и чувствовала, что все больше и больше теряю контроль над собой. В ушах звенело, и я больше не ощущала своего тела. Я словно наблюдала за всем происходящим со стороны. За ее отцом, пытающимся вернуть Клару к жизни, за собой, стоящей там, безвольной и потерянной.

Он перестал ее трясти, рухнул на дочь и зарыдал, словно маленький ребенок. А я просто стояла рядом, будто окаменев.

В какой-то момент он отпустил ее, отодвинулся и прислонился спиной к двери.

— Она была особенной, – сказал мужчина, вытирая лицо.

— Да, – тихо подтвердила я.

Он взглянул на меня и какое-то время пристально смотрел.

— Ты была ее любимой куклой, ты знаешь это? Ты была ее самой любимой из всех.

Я не ответила.

— Клара хотела бы, чтобы я бережно относился к тебе. Я должен поставить тебя в детскую вместе с Лолой и другими куклами. Я не буду менять твою внешность, чтобы ты навсегда осталась такой, какой тебя знала Клара.

Я почувствовала, как по спине пробежал ледяной холод.

— Пожалуйста, – взмолилась я. – Отпустите меня. Вам не нужно меня убивать. Я никому ничего не скажу.

— Думаешь, мне это трудно? Убить тебя? – Мужчина рассмеялся. – Для меня нет разницы – убить животное или человека. Это одно и то же. Люди приносят лишь больше денег.

Он повернулся к Кларе и завороженно смотрел на нее, словно ожидая, что она пошевелится.

Я сглотнула.

— Что вы с ней сделаете?

— Хочешь знать, сделаю ли я из Клары чучело? Ни в коем случае. Она с самого начала была мне как дочь. Я отнесу ее к ее матери.

Сначала я подумала, что ослышалась.

— Как дочь?

— Ее мать была заказом.

Я понятия не имела, что он имел в виду. Я не стала спрашивать, потому что то, что Клара не была его родной дочерью, настолько потрясло меня, что я уже не могла мыслить здраво.

Он встал и подошел ко мне. Мгновенно вернулся страх. У меня задрожали ноги, и я взмолилась:

— Пожалуйста, не делайте этого.

Мужчина схватил меня за плечо. Я рванулась, но его хватка была словно тиски. Он потащил меня в коридор.

Я вся вспотела, плакала и скулила. Слезы застилали глаза, и лишь через несколько метров я поняла, что он тащит меня в детскую Клары. Не в подвал.

Он толкнул меня к лестнице, и, хотя я знала, что так или иначе мужчина скоро убьет меня, почувствовала облегчение. Словно там я была в безопасности. Что было полной ерундой, потому что, как только он запрет меня на чердаке, я не смогу сбежать.