Книга Хорошая девочка, дурная кровь, страница 10 – Холли Джексон

— Рави точно ни в чем тебя не винит и не хочет, чтобы ты чувствовала себя виноватой за то, что сделал твой отец. Его родители тоже. – Пиппа помолчала. – Они пережили такую потерю, и кому, как не им, тебя понять?

— Да, но…

— Кара, все в порядке. Рави не против твоего прихода. Наверняка он скажет, что Сэл хотел бы, чтобы Наоми тоже пришла.

— Ну хорошо, раз ты уверена…

— Я всегда уверена.

— В этом тебе не откажешь. Не пора ли делать ставки на тотализаторе? – пошутила Кара.

— Не могу, подруга, мама и так волнуется по поводу моей «слишком увлекающейся натуры».

— Хорошо хоть мы с Наоми как-то уравновешиваем тебя своей шизанутостью.

— Видимо, плоховато стараетесь, – парировала Пиппа. – Не могли бы вы удвоить усилия?

Последние полгода для Кары стало нормой сыпать остротами направо и налево. Так она переживала случившееся: пряталась за шутками и прибаутками, заставляя людей смеяться и не поднимать щекотливую тему. Многие терялись, когда подруга шутила о своем отце, убившем одного человека и похитившем другого. Пиппа прекрасно понимала Кару и, в свою очередь, острила как могла, чтобы ее поддержать.

— Учту. Хотя не уверена, что моя бабуля согласится долго терпеть наши закидоны. Знаешь, какой сейчас бзик у Наоми? Предлагает сжечь все папины вещи. Бабушка и дедушка наотрез отказались и сразу же позвонили нашему врачу.

— Сжечь вещи? – удивилась Пиппа.

— Представь себе! Словно бес в нее вселился! Наверное, не надо говорить папе… Он по-прежнему думает, что Наоми приедет его навестить.

Кара ездила в тюрьму к отцу два раза в месяц. По ее словам, это не значит, что она его простила, просто все же он отец. Наоми ни разу у него не была и заявила, что не собирается.

— Так во сколько поминки?.. Погоди, дедушка зовет. Да? – будто издалека донесся ее голос. – Знаю. Хорошо…

Бабушка и дедушка Кары – родители ее мамы – переехали к ним с Наоми в ноябре прошлого года, потому что психолог посоветовал Каре не менять привычное окружение, пока она не окончит школу. И вот уже почти подошел к концу апрель, стремительно приближались экзамены, а с ними и окончание учебы. С наступлением лета бабушка и дедушка Кары выставят дом Уордов на продажу и заберут внучек к себе в Грейт-Абингтон. Одно утешает: когда Пиппа поступит в университет в Кембридже, они с Карой окажутся недалеко друг от друга. Тем не менее Литтл-Килтон не будет прежним без Кары, и Пиппа втайне хотела, чтобы лето никогда не настало.

— …постараюсь. Спокойной ночи, деда.

— Что там у вас?

— Обычное ворчание: уже половина одиннадцатого – о-о-очень поздно; время «гасить свет»: я давно должна видеть десятый сон, а не болтать с «подружками»… Будто у меня их миллион! И вообще, кто в наше время «гасит свет»? Так говорили, кажется, в семнадцатом веке! – Кара фыркнула.

— Ну, лампочку изобрели только в 1879 году…

— Ладно, ты хоть не занудствуй, – взмолилась Кара. – Все готово, ты выставила?

— Почти. – Пиппа провела пальцем по тачпаду. – Мы остановились на четвертой серии, да?

То, что Кара больше не может спать по ночам, Пиппа узнала в декабре. Ничего удивительного: самое ужасное приходит в голову, когда мы лежим одни в постели. Ну а мыслям Кары не позавидуешь. Если бы только Пиппа могла отвлечь подругу от тревожных дум и помочь заснуть! В детстве Кара обожала ночевки у друзей, и пока остальные досматривали какой-нибудь ужастик, она уже вовсю посапывала. Вот Пиппа и решила воссоздать атмосферу тех вечеринок из детства: звонила Каре, и они запоем смотрели фильмы на «Нетфликсе». У них получилось. Пока Пиппа на другом конце трубки бодрствовала, Кара в итоге засыпала, мерно посапывая в телефон.