Книга Невеста кромешника, страница 94 – Лана Ежова

— Кайра?

Я подняла голову – и дыхание перехватило. За директорским столом восседал не лорд Ротта.

Густые иссиня-черные волосы взъерошены, между нахмуренными бровями привычно устроилась глубокая морщинка. Мужчина устал, но все так же притягателен в своей загадочности.

Эмиссар Тьмы Блай Эйликс. Что он здесь делает?..

— Кайра, что случилось? – поспешно выйдя из-за стола, обеспокоенно спросил кромешник.

Миг – и он неприлично близко. Запрокинув голову, я утонула в бездонном омуте его темно-карих глаз.

Радость от встречи, тревога, недоумение и бесконечная нежность – я ощущаю его эмоции как свои.

— Кайра, – хрипло позвал эмиссар и протянул руку, чтобы коснуться моей щеки.

Я ничего не почувствовала – мужские пальцы прошли сквозь меня.

— Кайра, ты серьезно ослаблена, – быстро заговорил встревоженный Эйликс, – тебе нужна сила. Сейчас… Держись, звездочка!

В кабинете похолодало, подул ветер. Книги и папки открылись, затрепетали листы, одиночные и вовсе воспарили под потолок. Бумажные башни рассыпались с неповторимым шелестом.

Ветер усилился. Вокруг Эйликса яростно взвилась тьма.

Он сам превратился во тьму.

— Кайра, звездочка… я с тобой.

Эйликс снова протянул руку, но так, чтобы солем на его запястье соприкоснулся с моим знаком.

Я словно молнию сквозь себя пропустила. Меня выгнуло другой – эмиссар поделился своей тьмой. Она скользнула по коже, лаская, наполняя силой.

Тяжело выдохнула, ощущая небывалую мощь. Сила бурлила внутри горной рекой, переполняя резерв. Сейчас я могла бы поднять кладбище одним взмахом ресниц.

Магия распирала, уничтожая боль в шее.

Боль?.. Почему я ощущаю там боль?

— Я верю в тебя, Кайра… – эти слова я услышала будто сквозь наброшенное на голову толстое одеяло…

* * *

Открыв глаза, успела ощутить последние отблески боли под нижней челюстью. И все, ни малейшего дискомфорта. Хотя… была небольшая тяжесть на животе и общая слабость – я не смогла приподняться и толком осмотреться. Определила лишь, что лежу под деревом, на чем-то мягком. Неподалеку спорили люди.

Глаза пришлось закрыть: слишком ярко светило солнце, проникая сквозь переплетения веток с желто-красной листвой.

Голоса спорщиков приблизились.

— Ничего больше не надо! Сама видишь, мое противоядие подействовало, – сердито доказывал кузен.

— Укрепляющее зелье все равно не помешает, – упрямо заявила староста зельеваров Ния.

— Ну попробуй дать, если так хочешь.

— А почему не ты? – опешила зельевар. – Ты же ее родственник!

— Это твоя идея, а я и так покусан, – хохотнул Пэйтон. – Кайра бессовестно живучая – это раз, мои противоядия еще никогда не подводили – это два, кошак меня больше не подпускает – это три.

Кошак?.. Разум почему-то выцепил несущественную деталь.

Силы медленно возвращались, и я сумела коснуться тяжести на животе. Мех. Густой, шелковистый мех… Некто живой и теплый свернулся на мне клубочком. Угрозы я не чувствовала и временно оставила это существо. Лежит и пусть себе лежит, не до него сейчас.

— Что… случилось?

Хотела спросить громко и строго, а получилось почему-то прерывистым шепотом.

Я скорее почувствовала, чем увидела сквозь ресницы, что кузен присел на корточки неподалеку и тихо объяснил:

— В лесу на тебя напали, Кайра.

Удивительно, но едва ли не впервые за время нашего общения Пэйтон говорил со мной без злости и даже без малейшей капли едкой иронии.