Книга Великая Библиотека, страница 88 – Анастасия Шелест

Нельзя зацикливаться на этом. У меня есть задание. Я должна его выполнить.

Рывок вперед дается с трудом, но я все-таки выскальзываю за дверь, тут же попадая на узкую, серую лестницу. Тусклый свет мигает. Я стараюсь беречь дыхание и считать пролеты, пока в голове выстраивается план.

Вывести всех по пожарной лестнице, через холл добраться до запасного выхода, обойти здание, а там уже останется только пересечь дорогу. Самое сложное – спуститься с площадки главной лестницы к холлу. Другого пути нет.

Вынырнув в коридор, я озираюсь по сторонам, но не нахожу ни единого намека на чье-то присутствие. Остается только надеяться, что все уже добрались до кабинета и затаились в ожидании помощи. Если это действительно так, то их ждет разочарование – защитник из меня сомнительный.

Мотнув головой, я выгоняю лишние мысли. Это не мое решение. Эрик отправил меня сюда. Он знает, что делает.

Каждый шаг, приближающий меня к кабинету Главы, учащает ритм сердца и заставляет ладони потеть. Остановившись перед дверью, я запрещаю себе сомневаться и решительно толкаю ее, проходя в приемную.

Меня встречает темнота и полная тишина. Напряженно застыв, я осматриваюсь и поднимаю руку, зажигая в комнате свет. Взгляд тут же упирается в компанию младших.

Хочется зажмуриться. Их не меньше дюжины. Какого пегаса? Что они забыли в такое время в административной части Академии?

Выбора у меня нет. Бегло осмотрев свою группу и решив, что старшему, щуплому мальчику не больше тринадцати, а младшей девочке около семи, я выдыхаю и изо всех сил стараюсь не выдать дрожь в голосе:

— Все, кто был в этой части, здесь? – Они могут и не знать, но обойти и лично проверить все помещения в здании просто невозможно. Все понимают, что вопрос формальный, но все равно тянут, пока старший мальчик не кивает. – Отлично. Я выведу вас из Академии. Спускаемся до холла, пробираемся к заднему выходу, обходим здание и идем в парк. Там вас будет ждать Лора. – Сглотнув, я неловко добавляю: – Держитесь поближе ко мне и сразу делайте то, что я говорю.

Притихшая, сосредоточенная группа жадно ловит каждое слово и, когда я заканчиваю, вразнобой кивает. Никто даже не подает голоса.

О чем я вообще, музы? Они, должно быть, чудовищно напуганы.

— Все будет в порядке. – Я выдавливаю ободряющую улыбку, старательно подбирая слова. Я не могу солгать им, сказав, что ничего ужасного не происходит, – они сами все увидят. – Мы вас защитим. Нужно просто выбраться из здания. Сделаем это вместе, хорошо?

Поднимать дух – явно не мое. Я уже отчитываю себя за кривые фразы и ломаную улыбку, когда младшая девочка кивает, тряхнув черными хвостиками, и шагает ко мне. Я растерянно смотрю на нее, не понимая, что нужно сделать, а маленькие пальчики обхватывают мою ладонь. Девочка задирает голову и кивает:

— Я Анна.

Святые пегасы, взрослым бы такую выдержку.

Стиснув маленькую ладошку, я улыбаюсь.

— Я Теодора. – Окинув младших внимательным взглядом, я напоминаю напоследок: – Держитесь за мной. Идем.

Анна так и не выпускает мою руку. В голове мелькает предостережение – это непрактично и едва ли безопасно, – но я все равно сжимаю маленькие пальчики. Выдернуть руку – все равно что лишить надежды.

Пустой, темный коридор не таит в себе опасности, но я двигаюсь осторожно, вслушиваясь в каждый подозрительный шорох. Ничего. Разве что вибрация изредка проходит по стенам, но единственный вред от нее – расползающийся внутри страх.