Книга Завтра ветер переменится, страница 70 – Стефания Бертола

— Добрый вечер, извините за беспокойство, хотела сказать, что обнаружила кое-что странное.

— Добрый вечер, Бриджида. Что именно? – Голос Галанти звучит не слишком радостно; хотя он такой всегда.

— В вашей спальне трещит какая-то черная штуковина.

— В моей спальне?

— Ну да. Когда я наводила порядок… – тут я делаю многозначительную паузу, чтобы он успел задуматься, а не оставила ли Кларисса свои трусики на кровати, – …когда я наводила порядок, все было хорошо, но когда я хотела закрыть дверь в туалет, то услышала непонятный звук. Пригляделась и заметила странную штуку на зеркале. Не хочу ее трогать, но она трещит, вдруг взорвется или загорится?

— Не могли бы вы ее сфотографировать? – просит Галанти после продолжительного молчания.

Я любезно отправляю ему фотографию, и он говорит:

— Пожалуйста, снимите это с зеркала и положите в ящик комода. Спасибо. И, если можете, не уходите, пока не подъедет синьора Ласкарис. Я позвоню ей прямо сейчас.

— Но мне нужно идти.

— Подождите, пожалуйста, буквально полчаса. Я заплачý.

Бесит, что у него все сводится к деньгам. Правда, если бы он не платил, было бы хуже. Так чего же мне надо?

Чтобы немного отвлечься от рефлексии на тему своих желаний, я отправляю фотографию черной штуковины Джулио, своему знакомому, помешанному на гаджетах.

«Привет, ты в курсе, что это?»

«Привет. Это инфракрасный видеорегистратор JMC 940 НМ. А что, ты решила за кем-то шпионить?»

Явившаяся Кларисса напоминает героиню русского романа накануне катастрофы. На ней легкий темный плащ и блекло-красный шарф из ткани типа пашмины, вот только у Клариссы он не «типа», а из самой настоящей пашмины. Такие стоят примерно тысячу семьсот сорок евро (я видела похожий на «Амазоне»). Волосы разметались по плечам, под глазами круги, духи – фиалковые. Она заметно взволнована, но, как всегда, холодна.

— Добрый день, спасибо, что дождались, Бриджида. Пожалуйста, покажите, что вы нашли.

Кларисса заглядывает в ящик, не трогая камеру, словно боится оставить отпечатки. Потом закрывает ящик, идет в кухню и ставит чайник. Неужто решила пооткровенничать? Чтобы ее подзадорить, я беру заварочный чайник и бросаю туда пару чайных пакетиков.

— Бриджида, подумайте и постарайтесь вспомнить. Это очень важно. Кто бывал в квартире, пока вы здесь жили?

— Федерико Риччи и его клиенты, моя мать, брат, его девушка, моя подруга Агата. Роберта. Родольфо. Моя тетя, актриса Фьямма Фавилли.

Как видите, я опустила клиентов, которых приводила мама. Сомневаюсь, что старые девы или мясник стали бы прятать что-то в спальне Дамиано. Зато я упомянула тетю Розальбу, ведь что зазорного в том, что меня навещала тетя. При упоминании ее имени Кларисса и бровью не ведет. Думаю, если она и бывает в театрах, то только на премьерах и только в Кариньяно, нашем главном оперном театре.

— Но ведь… – добавляю я, чтобы в очередной раз напомнить об этой детали, – спальня была все время закрыта на ключ.

— Вы уверены, что моего мужа здесь не было?

— Разумеется, нет! Откуда ему тут взяться.

— Подумайте хорошенько.

— Здесь и думать нечего, – возмущаюсь я.

Что за глупая женщина. Просто не верится. Конечно, симпатии у меня она никогда не вызывала, но я не думала, что глупые женщины могут так выглядеть. Видимо, я стала жертвой предрассудков. Мне всегда казалось, что глупые женщины носят платья в цветочек или что-то в пастельных тонах, вечно улыбаются и широко раскрывают глаза. Но, как оказывается, эта красотка с выдающимися скулами и прочим тоже не умнее канарейки.