Книга Мне. Ее. Нельзя, страница 98 – Ольга Дашкова

— Поедем, куда угодно поедем, иди ко мне.

Подхватываю под ягодицы, выношу из душевой, несу в комнату отдыха, захватывая с собой полотенце. Продолжу там удовлетворять мою любимую и ненасытную девочку. Алена улыбается, целует меня, а я готов умереть от счастья.

Мне по всем правилам было Ее Нельзя, но теперь Она Только Моя.

Эпилог. Алена

Прошло пять лет.

— Саша, нет, даже на Новый год ты не подаришь маленькому ребенку настоящую машину. Ты с ума сошел? Давайте еще пистолет ему дадим, пусть уж стреляет, Тимофей и так просит каждый раз его у тебя, как только увидит у охраны.

— Пошутить нельзя, это шутка, Барби.

— Я сейчас что-нибудь в тебя кину, если еще раз меня так назовешь.

Делаю строгое выражение лица, как могу стараюсь, но чувствую, что моя броня скоро лопнет, не могу выносить, когда Саша на меня так смотрит. Взгляд блуждает по телу, цепляется за обнаженные участки, а я возбуждаюсь.

Отвожу глаза первая, делая вид, что очень увлечена изучением телефона. На почту пришел интересный материал по психиатрии. После окончания университета и получения диплома психолога я увлеклась клинической психиатрией.

Но о работе думать не хочется, у нас новогодние каникулы в заснеженных и прекрасных Альпах, хотя зима и в наших краях красивая и достаточно снежная. Саша еще летом, оказывается, купил шале, как он сказал, сделал сам себе подарок, я не против. Тимофей играет у камина с детьми наших соседей, Ангелиной и Егором, они быстро подружились.

Вообще, семья странная, я так и не поняла, от кого у Александры Егор родился – от Тимура или Захара, они оба очень харизматичные, я даже их немного стесняюсь.

— Ты злишься? – Игнат подходит сзади, обнимает, целует в макушку, его руки скользят по животу, а у меня там все начинает трепетать.

— Нет, я не злюсь.

— Злишься. И никто не собирался дарить ребенку настоящий автомобиль, речь шла об игрушечном, на аккумуляторе.

— Точно, чтобы он в доме все разнес и не осталось ничего целого. Такие подарки делают летом, но до лета твой сын ждать не будет.

Игнат вздыхает, так забавно видеть хозяина города удрученным и расстроенным, только со мной он может быть слабым, больше ни с кем. Но я уверена, он все подарки уже купил и где-то их спрятал.

— Тогда железную дорогу?

— Ее уже прислал папа, она под елкой в коробке.

— Вот кто его просил?

— Не я.

Улыбаюсь, не думаю, что мой муж так легко отступится от идеи подарить сыну автомобиль. Точно не отступится.

— Саш.

— Да, моя малышка?

— А что у них?

— Ты о ком?

— Соседи наши. Они живут втроем?

— Да.

— Да ладно? – Я удивленно смотрю на мужа. – И… ч… что…

— И да… Все, что ты подумала, тоже, но больше об этом не думай, у нас такого не будет. А мы не лезем в чужую жизнь.

— Ничего себе.

— Пойдем наверх? – Игнат целует в губы, в висок, в шею, его горячие ладони обжигают кожу сквозь ткань платья.

Сама хочу его и даже знаю почему. В прошлый раз я устроила ему нервотрепку.

— А дети?

— Позовем охрану.

— Наша охрана и так знает, чем мы занимаемся, когда зовем кого-то посидеть с Тимофеем.

Обнимаю сама своего мужа, он такой красивый, седины в волосах стало чуть больше, и немного прибавилось морщинок вокруг глаз, но он все такой же сильный и мной желанный. Нам суждено было встретиться, но при странных обстоятельствах, которые сделали меня сильнее, которые меня изменили.