Книга Весна братьев Медичи, страница 91 – Ева Арк

— Всей Италии прекрасно известно, – утверждал современник, – какое влияние Лоренцо имеет на папу, и что флорентийский посол фактически руководит политикой Рима.

Великолепный послал к Иннокентию VIII архиепископа Ринальдо Орсини и Пьеро Филиппо Пандольфини, которым поручил договориться с папой об открытии в Риме банка Медичи и церковной карьере для младшего сына Джованни. Во время переговоров был поднят также вопрос о возможном браке Маддалены Медичи с Франческо Чибо, бастардом Иннокентия VIII. Этого завсегдатая публичных домов из-за его карликового роста называли Франческетто. Он был ровесником Лоренцо и, кроме увлечения дешёвым развратом, славился пристрастием к карточной игре, причём не всегда играл честно. Так как в январе 1487 года Рим заключил союз с Венецией, который угрожал безопасности Флоренции, Великолепный был вынужден согласился на свадьбу четырнадцатилетней Маддалены с почти сорокалетним женихом, ибо его старшая дочь Лукреция уже была просватана за Якопо Сальвиати, сына флорентийского банкира. Брак был ценой, установленной понтификом за поддержку политических и экономических интересов Медичи. Родители, понимая, что супружество сделает несчастной их дочь, которую Лоренцо называл: «occhio del capo» («зеницей ока») её матери, всё же они дали согласие на её брак. В самой Флоренции реакция на брачный договор между семьями Чибо и Медичи была негативной. Флорентийцы, с подозрением относившиеся к матримониальным связям граждан Республики с иностранцами, выступили против брака дочери своего правителя с Чибо. Против была и сама Маддалена.

— Прошу Вас, отец, не выдавайте меня за бастарда! – молила она со слезами на глазах.

— Не забывай, дочь моя, что Франческетто – сын Его Святейшества, и, выйдя за него, ты станешь графиней, – терпеливо ответил Лоренцо.

— Лучше бы я вышла замуж за купца, как моя сестра Лукреция! Тогда мне не пришлось бы уезжать из Флоренции! Я чувствую, что в Риме меня ждёт скорая смерть!

— Матушка! Братец! Заступитесь за меня! – жалобно добавила девушка.

Клариче обняла дочь:

— Уверяю тебя, Маддалена, что в Риме жить не так уж плохо. Ты всегда сможешь найти поддержку у моей родни!

— Вряд ли Орсини защитят меня от собственного мужа!

В свой черёд, Пьеро решил поддержать сестру:

— Я тоже считаю, отец, что дочь правителя Флоренции заслуживает лучшей партии! А Франческетто Чибо можно предложить мою кузину!

Лоренцо любил своих детей и гордился ими. Под руководством Анджело Полициано Пьеро и Маддалена получили прекрасное образование. И, к тому же, были красивы. Оба высокие, стройные, с тонкими чертами лица и золотисто-русыми волосами. Но, щедро одарив их внешне, природа не дала им отцовского ума. Частые болезни, которыми Маддалена страдала в детстве, сформировали у неё замкнутый и склонный к меланхолии характер. Что же касается Пьеро, то ему было свойственно высокомерие, вдобавок, подобно дяде Джулиано, охота увлекала его больше, чем государственные дела. Когда его сыновья подросли, Великолепный констатировал:

— Мой старший сын глуп, средний – умница, а младший – добряк.

Опасения Лоренцо насчёт судьбы Пьеро, к сожалению, оправдались: через два года после смерти отца тот был изгнан из Флоренции и умер в изгнании, заклеймённый прозвищем «Глупец».