Книга Весна братьев Медичи, страница 102 – Ева Арк

— Делай он что угодно, мне безразлично. Только пусть он знает: я здесь пришелец, а он хозяин города, но я останусь, а он уйдёт.

Эти слова во Флоренции тотчас истолковали как предсказание скорой смерти Лоренцо. К тому же Савонарола не преминул повторить их: в ризнице Сан-Марко он при нескольких свидетелях заявил, что надо готовиться к большим переменам в Италии: вскоре смерть сразит Лоренцо Медичи, неаполитанского короля и папу. Теряя терпение, Великолепный попросил проповедника брата Мариано с кафедры изобличить пророческий дар Савонаролы. В день Благовещения августинец в своей проповеди толковал слова из «Деяний апостолов»:

— Не ваше дело знать времена или сроки, которые Отец положил в Своей власти.

Перед многочисленной толпой проповедник бичевал Савонаролу, называя его лжепророком, носителем соблазна и бесчинства. Но яростная проповедь Мариано обернулась на пользу доминиканцу. В своей церкви Сан-Марко он произнёс проповедь на ту же тему и без труда доказал, что Ной, Иеремия, Даниил и многие другие библейские персонажи предсказывали конкретные события.

— Почему же теперь я не могу получить откровение об обновлении Церкви и сопутствующих тому событиях?

Слушателей, прежде из любопытства внимавших учёному августинцу, убедили эти простейшие рассуждения. Авторитет его настолько возрос, что летом 1491 года собратья-монахи избрали Савонаролу приором Сан-Марко. По традиции, каждый новый настоятель монастыря должен был являться с визитом вежливости к главе дома Медичи, который был покровителем обители. Савонарола отказался это сделать. Лоренцо, желая примирения, отправился на мессу в Сан-Марко. По выходе он задержался в саду, потом в клуатре, но Савонарола так к нему и не вышел. Рассказывали, будто Лоренцо взял с собой солидную сумму денег, которую хотел отдать приору на нужды монастыря, однако Савонарола этих денег не принял и велел раздать нищим. Лоренцо простил ему эту грубость, заметив:

— Так или иначе, монах должен побуждать наших граждан творить милостыню, и это очень похвально.

В последние годы его обаяние было омрачено вспышками раздражительности. По мере того как его подагра становилась всё более и более болезненной, он часто бывал резок, а иногда и оскорбителен. Жителю Сиены, который посочувствовал ему в связи с ухудшением зрения и заметил, что воздух Флоренции, как говорят, вреден для глаз, он возразил:

— А разве воздух Сиены полезен для мозга?

В ответ одному из своих кузенов, довольно неряшливому мужчине, который самодовольно отзывался о бесперебойном водоснабжении на его загородной вилле, Лоренцо заметил:

— В таком случае, Вы могли бы чаще мыть руки.

Однажды он сказал Полициано, что посвятит остаток своей жизни поэзии и учёбе, оставив управление Флоренцией своему сыну Пьеро. На что поэт возразил:

— Люди Вам не позволят.

Чем дальше, тем больше Лоренцо думал о своём спасении. В самом начале 1492 года его свалила горячка. Жар не проходил. Великолепный ужасно страдал. У него сильно болело всё. Его медик Пьеро Леони уже и не знал, какое средство применить. На помощь к нему пришёл знаменитый врач Лазаро да Павия, присланный от Лодовико Моро. Но и вдвоём они не могли помочь больному.

Рядом с Лоренцо были его сестра Наннина, старшая дочь Лукреция, наследник Пьеро с женой Альфонсиной Орсини и два мальчика: младший сын Джулиано, которому исполнилось тринадцать лет, и четырнадцатилетний племянник Джулио. Узнав, что их другу плохо, Полициано и Пико делла Мирандола тотчас приехали из Венеции, где готовились к изданию их сочинения.