Книга Весна братьев Медичи, страница 10 – Ева Арк

Едва Лоренцо отошёл от девушки, как приятели стали насмехаться над ним:

— Дарить такие немудрящие цветы – недостойно Медичи!

— Так ты ничего не добьёшься от молодой Донати, Лоренцо!

— Лучше подари ей дорогое украшение!

Видя, что юноша никак не реагирует на подколки друзей, Браччо Мартелли заметил:

— Похоже, ты и вправду поддался чарам донны Лукреции, Лоренцо. Уж не задумал ли ты отнять невесту у Ардингелли и самому жениться на ней?

— А тебе какое дело, Браччо?

— Смотри, не получи отказ! Я хотел посвататься к старшей сестре Лукреции, да её выдали за Питти. Потому что Донати слишком кичатся своим происхождением и предпочитают родниться с аристократами. Хотя сами разорены, да и Ардингелли небогат.

— Значит, будет более сговорчив.

Лоренцо решил сделать Лукрецию своей музой и Дамой сердца (Донной). По правилам куртуазной любви, на людях полагалось упоминать лишь эту идеальную возлюбленную, служившую ширмой для плотских удовольствий. Таким образом, сын Пьеро объявил бригаде о своей «несчастной» любви к донне Лукреции Донате. Через несколько дней Наннина спросила у брата:

— Говорят, ты влюблён, Лоренцо?

Юноша старательно отвёл глаза:

— У кого-то слишком длинный язык. Это Бернардо Ручеллаи тебе сказал?

Наннина пожала плечами:

— Вся Флоренция уже говорит об этом!

— Это не имеет значения: донна Лукреция выходит замуж.

— Я давно с ней не виделась… Мне хотелось бы возобновить это знакомство.

В один из апрельских дней бригада вместе с Нанниной нагрянула на виллу Питти, принадлежавшую мужу Констанцы Донати, так как Лукреция решила перед свадьбой пожить у своей сестры. Дабы как-то оправдать своё вторжение, Лоренцо захватил с собой известного лютниста по прозвищу «Испанец».

— Ах, мессир Лоренцо, ты сделал меня самой счастливой! – при виде юноши взволнованно произнесла Лукреция.

После чего, указав на стоящего рядом мужчину лет сорока, добавила:

— Позволь представить тебе моего жениха мессира Никколо Ардингелли. Он только что вернулся с Леванта. Теперь, благодаря тебе, мы можем пожениться!

— К сожалению, тебе не за что благодарить меня, донна Лукреция, – поспешно ответил Лоренцо. – Хотя мессиру Никколо разрешили приехать на свадьбу, но потом он обязан сразу покинуть Флоренцию!

— Я всё равно тебе очень благодарна и верю, что скоро ты сможешь добиться большего!

Пока Испанец развлекал дам музыкой, сын Пьеро сказал Ардингелли:

— Мне хотелось бы поговорить с тобой, мессир Никколо.

Когда они вышли в сад, жених Лукреции Донати насмешливо спросил:

— Так какое у тебя дело ко мне, сеньор Лоренцо?

В ответ, близоруко прищурившись, наследник Медичи бросил на своего собеседника испытывающий взгляд: высокого роста и мощного сложения, тот нависал над ним, как Голиаф над Давидом. По сравнению с ним Лоренцо казался маленьким и худым. Ну, ничего, ведь победил же мальчишка Давид великана Голиафа!

— Как идёт торговля? – задал он обычный для Медичи вопрос.

Ардингелли сразу помрачнел:

— Неплохо, хотя могло быть лучше.

— Почему? Разве ткани с Востока не пользуются спросом?

— Пользуются, но твой дед, сеньор Лоренцо, конфисковал большую часть имущества моего отца. Поэтому я не могу расширить торговлю.

— А где ты намерен поселиться с молодой женой после свадьбы? – после паузы поинтересовался Лоренцо.