Онлайн книга «Принцесса-гувернантка»
|
А затем, едва дождавшись поздравлений окружающих придворных, он удалился в свою молельню, где, упав на колени, провёл долгий промежуток времени в молитве, после чего попросил рассказать подробности своей победы. Тем не менее, костры, иллюминации и все публичные увеселения были строго запрещены как неподходящие, «когда христианского короля постигло такое великое несчастье». Умеренность и смирение Карла вызвали восхищение у всех, кто был свидетелем этого. На следующий день император принял участие в религиозной процессии в церковь Богоматери Аточа, чтобы возблагодарить за победу, однако проповеднику было запрещено распространяться о триумфе. Но это чрезвычайно скромное отношение не помешало императору максимально использовать свой успех. 14 марта он написал из Мадрида своему шурину, королю Португалии: — Потери французов, как нам сообщили, составляют 16 000 человек, в то время как мы со своей стороны потеряли только 400. Мы благодарили и продолжаем благодарить нашего Господа за эту победу; и мы надеемся, что она может привести к всеобщему миру во всем христианском мире, чего мы всегда желали и продолжаем желать до сих пор… 30 марта английская королева Екатерина отправила поздравления своему племяннику из Гринвича: — Я поручила послам короля, моего мужа и повелителя, которые сейчас отправляются в Испанию, сообщить Вашему Высочеству, какое огромное удовольствие и удовлетворенность я испытала, услышав о знаменательной победе, которую Всемогущему Богу по Своей бесконечной милости было угодно даровать императорскому оружию в Италии, надеясь, что Ваше Высочество вознесёт благодарение тому же Богу, как это сейчас делает король, мой повелитель, отдавая торжественный приказ о процессиях и других религиозных действах по всему этому королевству. Император также получил поздравления и от самого Генриха VIII. 31 марта король написал: — Мой самый любимый сын, настоящим письмом я поздравляю тебя с выздоровлением, а также с почётной победой, которую нашему Господу было угодно даровать твоему оружию, победив и взяв в плен французского короля, нашего общего врага… Письмо подписано: «Это главное дело в жизни отца, брата, кузена и дядюшки Генри». Незадолго до битвы при Павии Маргарита отправила послов в Англию с поручением попытаться убедить короля Генриха направить существенную помощь имперским войскам, которые остро нуждались в деньгах, предположив, что теперь, во время отсутствия Франциска I в Италии, может быть совершено нападение на Францию. Маргарита завершила свои инструкции предложением отправить принцессу Марию (которой было всего девять лет) в Испанию с увеличенным приданым и передать под опеку императора до тех пор, пока она не станет достаточно взрослой, чтобы выйти замуж. Послам было велено добавить: — Поскольку мадам и легат (Вулси) уже были сватами в двух разных случаях, нет причин не продвигать это дело. Она сама желает этого брака больше, чем чего-либо другого, и не оставит без внимания ничего, что могло бы привести к этому. Вулси в ответ на эти просьбы заявил, что король, его повелитель, вполне готов пересечь Ла-Манш и напасть на Францию при следующих условиях: во-первых, Маргарита должна предоставить 3000 конных и 3000 пеших; во-вторых, армия должна войти во Францию через Нормандию; в-третьих, император должен раздобыть достаточно денег, чтобы содержать свою итальянскую армию, и т.д., и т.п. Но когда посланники заявили, что 200 000 дукатов, которые Карл отправил своей армии в Италию, попали в руки врага, кардинал ответил, что если Маргарита согласится перевести 50 000 дукатов, король внесёт равную сумму. Однако ответ посланников был таков: |