Книга Жемчужина среди принцесс, страница 15 – Ева Арк

Позже Брантом, мемуарист ХVI века, писал о юной Маргарите:

— Она была принцессой с широким кругозором, обладавшей как природными, так и приобретёнными способностями.

А опальный маршал де Жие так отзывался о сестре своего воспитанника:

— Очень мудра для своего возраста.

Что же касается её внешности, то Ноэль Уильямс, автор книги «Жемчужина принцесс: жизнь Маргариты д'Ангулем, королевы Наварры», утверждал:

— Красавицей она (Маргарита) не была, несмотря на всё, что о ней писали поэты; но, тем не менее, она обладала достаточной привлекательностью, чтобы завоевать многочисленных поклонников… Её волосы, которые были очень пышными и светло-каштанового цвета, на немногих подлинных портретах, которыми мы располагаем, скрыты под облегающим чёрным чепцом, что придаёт её лицу определённую строгость. Её глаза были фиалкового оттенка и удивительно выразительные; брови слегка изогнутые, как у её матери; лоб широкий и прямой, и у неё был длинный нос, который и она, и её брат Франсуа унаследовали от Шарля д'Ангулема… Несмотря на молодость, принцесса уже была опытной кокеткой в манере держаться, обучаясь искусству очаровывать мужчин не своей внешностью, а своим умом, доброжелательностью и элегантностью. Голова Маргариты была забита итальянскими и французскими средневековыми романами, и она мечтала о вечной любви с прекрасным принцем.

Король ввёл в окружение Франциска его сверстников, сыновей своих главных придворных, которых называли пажами «чести монсеньора Ангулемского». Среди них были Филипп де Шабо, сеньор де Брион, Марин де Моншеню, Роберт де ла Марк, сеньор де Флёранж, а также Анн де Монморанси, крестник королевы Анны Бретонской.

С ними Франциск играл в разные игры с мячом, стрелял из лука, расставлял сети, чтобы поймать оленей и других диких животных. Ещё приятели строили небольшие крепости и брали их штурмом или защищали с клинком в руках. С возрастом же перешли к более серьёзным играм, состязаниям и турнирам. В них принимали участие и молодые люди постарше, приезжавшие в Амбуаз навестить графиню, в том числе, её кузен Карл де де Монпасье, племянник короля Гастон де Фуа, Карл, герцог Алансонский, и Гильом де Гуфье, сеньор де Бонниве.

Юная Маргарита была кумиром этой «золотой молодёжи». Все они старались удостоиться её улыбки или получить награду из её рук во время турнира. Больше других она отличала Анна де Монморанси и Карла де Монпасье. Первый был сыном управляющего королевскими финансами и замками. А второй принадлежал к знаменитому дому Бурбонов.

— Мне кажется, мадам, что молодой Монморанси лелеет какие-то планы в отношении Вас, — как-то заметила Маргарите её подруга Бонавентура Пюи-дю-Фу, дочь камергера и управляющего графа Ангулемского. — Однако, на мой взгляд, нос у него не слишком хорош: недаром его прозвали «курносый Монморанси»!

В ответ принцесса улыбнулась:

— Сын королевского казначея никогда не выходил за рамки уважения и дружбы по отношению ко мне. К тому же, мы не равны по положению, чтобы он мог надеяться на брак со мной.

Маргарита была права: самый усердный из её кавалеров, Анн добивался не любви, а покровительства сестры Франциска. Именно ей он был обязан невероятным взлётом своей карьеры. Значительная часть корреспонденции принцессы адресована Монморанси. Однако в этих дружеских отношениях, как и во многих других, ей суждено было разочароваться.