Книга Три лилии Бурбонов, страница 59 – Ева Арк

-Видя скопления врагов на наших границах и опасности, угрожающие нам со всех сторон, было бы хорошим планом отправить (каталонскую) знать в их собственные поместья, посмотреть, какие войска они могут собрать, объявить, что Фернандо должен быть их лидером…

Чтобы раздобыть денег, Филипп IV решил созвать кортесы Каталонии. Поводом к этому послужило приведение к присяге наследника престола Бальтасара Карлоса, а также нового вице-короля Каталонии дона Фернандо. Как обычно, назначив Изабеллу регентшей, король с братьями и огромной свитой отбыл из Мадрида 12 апреля 1632 года. На этот раз был учреждён Совет в помощь королеве, которая председательствовала на нём так же, как Филипп на заседаниях Государственного Совета. Тем не менее, следует подчеркнуть, что, как и в 1626 году, именно король принимал большинство решений на расстоянии.

Два молодых инфанта были почти без сопровождающих. Приближённых Фернандо решили отправить вперёд, в Барселону, и, прощаясь с ними, он громко воскликнул:

-Это означает, что я не должен возвращаться в Мадрид, и вся эта поездка в Каталонию затеяна исключительно для того, чтобы навсегда увезти меня от двора!

Братья короля почти открыто выражали недовольство Оливаресом, и было замечено, что они путешествовали с заряженными пистолетами у луки седла, чего никогда раньше не делали. После недельного пребывания в Валенсии, где были созваны кортесы, присягнувшие на верность инфанту Бальтазару Карлосу, весь двор переехал в Барселону, где ожидалась большая борьба за деньги, поскольку отважные каталонцы теперь были полны решимости противостоять посягательствам Оливареса на их свободы.

Кортесы Каталонии открылись 18 мая и депутаты снова отказались голосовать за повышение налогов. Ситуация зашла в тупик и Филипп по совету Оливареса решил продлить заседание на неопределённый срок. Представив недовольным каталонцами Фернандо в качестве губернатора, король отправился обратно в Мадрид. Однако кардинал-инфант был в ярости и выразил горячий протест своему брату и Оливаресу по поводу того, что его лишили шанса на отличие и возвышение, которого он мог бы добиться во Фландрии. Но с помощью лести, уговоров и взываний к долгу его уговорили принять назначение и оставили в Барселоне в окружении верных слуг Оливареса.

Между Фернандо и каталонскими депутатами происходили бесконечные ссоры по самым разным поводам. Он возражал против того, чтобы от его гнева защищали депутатов - они настаивали на этом как на своём праве. Он запретил им ремонтировать и укреплять городские стены - они сразу наняли для этого в три раза больше людей, чем раньше. Тем не менее, Хоптон заметил по поводу кардинал-инфанта:

-Он, несомненно, самый милый молодой принц. Все готовы простить его и возложить всю вину на графа Оньяте, который с ним остался.

Когда двор прибыл в Альмадронес, в двух или трех днях пути от Мадрида, их встретил там граф Антонио Москозо, друг дона Фернандо, с помпезной свитой сторонников и слуг направлявшийся к нему в Барселону. Однако через королевского духовника ему было приказано отправляться обратно в Мадрид и, несмотря на протесты, граф с тяжёлым сердцем вынужден был повиноваться. Возмущённый этим, кардинал-инфант решил подать королю официальную жалобу на Оливареса через Изабеллу. Таким образом, министру стало ясно, что королева была его главным врагом, однако он не мог избавиться от неё так же легко, как от Фернандо.