Книга Три лилии Бурбонов, страница 138 – Ева Арк

После начала гражданской войны в Савойе Карло, как известно, встал на сторону «мадамистов» и вместе с Вильей участвовал в военных действиях против «принципистов». Его мать Матильда Савойская и жена Джованна Гатинара в ночь на 27 июля 1639 года сопровождали Кристину во время её бегства сначала в цитадель Турина, а затем – в Гренобль.

Википедия называет Пьянеццу фаворитом Кристины, которая была старше его на два года. Внешне он чем-то походил на Филиппо д’Алье и, хотя отдавал предпочтение военному искусству, был не лишён писательского таланта. В свой черёд, несмотря на всю свою религиозность, жену и четверых детей, Карло, конечно, вряд ли смог бы устоять перед обаянием королевской мадам.

Узнав об этом, Матильда Савойская принялась пилить сына:

-Я воспитывала Вас в любви к Богу, а Вы нарушили одну из Его главных заповедей: не прелюбодействуй!

-Вы же знаете, матушка, как я почитаю Господа, но королевская мадам – такая соблазнительная, - уныло отвечал маркиз.

-Что бы сказал Ваш покойный отец! Сеньор Альбиньи почитал добродетель, как и Ваши предки!

-Ну, что касается предков, матушка, но, насколько мне известно, Ваши родители не состояли в браке…

Матильда прикусила язычок: действительно, её мать, Беатрис Лангоско, дочь великого канцлера Савойи, была любовницей герцога Эммануила Филиберта.

А Пьянецца между тем закончил:

-Обещаю Вам, что дарованную мне Богом власть я употреблю не только на пользу нашему государству, но и к вящей славе Святой Церкви!

Но фаворит – это не всегда любовник. Современный американский писатель Брюс Стерлинг в своих хронолоических заметках в Интернете о гражданской войне в Пьемонте утверждает, что «любимым генералом» регентши был Гвидо Вилья. Опять же, говоря про него, как про «главного кавалера мадам Кристины», он прямо не говорит об их интимных отношениях. Хотя логично предположить, что на протяжении тех двух лет, которые Филиппо провёл в Венсенском замке, такая темпераментная женщина, как королевская мадам, неизбежно должна была завести себе нового любовника. Возможно, даже не одного.

Тем не менее, осмелюсь утверждать, что ни один из них полностью не вытеснил из сердца регентши Филиппо д’Алье, который был уникальным человеком. Даже в заточении граф не сидел без дела и задумал написать своего рода поэтический дневник «Тюрьма Филлиндо Константа», состоявший из шести песен, под своим прежним псевдонимом. Эта автобиографическая работа была богата мистическими аллегориями в стиле барокко, с помощью которых он пытался осмыслить пережитое и наметить вехи будущего. Постепенно Филиппо стало ясно, что, пока жив Ришельё, ему не выйти из Венсенского замка. К тому же, вероятно, он стал догадываться (или ему сообщили), что Кристина неверна ему, поэтому граф стал искать утешения в религии, приняв послушание в маленькой замковой церкви Венсена, и заказал 300 месс в искупление своего греха прелюбодеяния.

Между тем братья-принцы решили помириться с Кристиной, которая изгнала их из всех завоёванных земель, кроме Ниццы, Ивреи, Бьеллы и Валь д’Аосты. В свой черёд, регентша устала от борьбы и позволилиа убедить себя в том, что только при справедливом соглашении с деверьями сможет заключить прочный мир. На самом деле именно маркиз Пьянецца руководил мирными переговорами с Томасом и Маурицио при посредничестве папского нунция Чеккинелли. 14 июня 1642 года Кристина заключила с ними мир, по которому была признана регентшей государства и единственным опекуном Карла Эммануила II. Взамен принцы получили место в регентском совете. Томас стал лейтенантом Ивреи и Бьеллы, а Маурицио – губернатором Ниццы и князем Онелья. Кроме того, принц Кариньяно обязался поступить на службу к королю Франции и сражаться с ним против испанцев, пока вся территория Пьемонта не будет освобождена от них, после чего эти земли будут возвращены герцогу Савойскому, но французы получат право разместить там свои гарнизоны. В то же время сорокадевятилетний Маурицио обязался отказаться от кардинальского сана и жениться на своей тринадцатилетней племяннице Луизе Савойской. Кристина принесла в жертву государственным интересам свою старшую дочь, как это когда-то сделали с ней самой.