Книга Поймать балерину, страница 91 – Мария Зайцева

Ну а потом…«Гочкисс» в любом случае хотелось испытать. Особенно по отдаче.Что-то подсказывало Дикому, что , при правильном подходе, она будет минимальной…

Девочки, еще пара глав - и все.

Спасибо, что вы со мной!

— Анни… Прости меня, пожалуйста… Я не знаю, что еще сказать…

Я отвлеклась от чтения первой полосы «Таймс», где во всей красе, с пафосом, указывающим на то, что репортеру эта тема очень близка, описывались и вчерашнее нападение на богатый дом на Черри-стрит, и последующие за ним пожар с перестрелкой с  прибывшими не вовремя, или, наоборот,  вовремя, полицмейстерами… Были также довольно впечатляющие фото горящего здания, а еще не менее впечатляющий заголовок «Французские апаши терроризируют город!». И,  почему-то,  фото мужчины, в картузе и шелковом платке – отличительных признаках апашей, но на фоне парижских зданий… Мужчина держал в руках какое-то крупное оружие с длинным стволом, обозначенное в статье, как «пулемет Льюиса». И этой теме тоже было уделено немало места на главной странице, и еще больше – на третьей, где тоже были фото на развороте. И много текста.

Я читала бегло, стараясь не вникать в подробности и вычленить основное: погиб ли кто-то вчера в перестрелке? Арестовали ли французов? Указаны ли хоть где-то их имена?

Но ответов на свои вопросы я не получила, равно как и утоления тревоги, гнетущей со вчерашнего дня,   когда водитель привез меня к дому, настойчиво проводил прямо до порога квартиры и передал с рук на руки испуганной Мадлен.

Она пыталась задавать вопросы, но я не была способна на них отвечать.Почувствовав себя, наконец-то, в безопасности, я просто упала прямо в гостиной на пол, под ноги обеспокоенной подруге.И пришла в себя уже в своей комнате, на кровати. Рядом сидел мужчина, представившийся доктором Соммером.

— Меня настойчиво пригласил мистер Легран, - спокойно отрекомендовался он и приступил к своей работе.

Мадлен сновала рядом, вся взъерошенная, растрепанная и очень-очень виноватая.Похоже, она посчитала свою связь с Мартином предательством по отношению ко мне. Это было не так, да и винить ее я ни в чем не могла и не собиралась, но сил успокаивать подругу категорически не было.Доктор выписал мне какие-то микстуры, я выпила и уснула.

А проснулась поздней ночью от жуткой головной боли, выламывавшей виски.Больше у меня ничего нигде не болело, да и , в принципе, не могло болеть, потому что физически я была цела.Проклятый рыжий мужчина не сделал ничего такого, чего бы не делали остальные двое мужчин в моей жизни.Да Бог мой, он даже и этого не успел!Конечно, его грубые руки на своем теле я долго не смогу забыть   и его жуткие слюнявые поцелуи тоже.  А также мерзкие слова, которыми он описывал все то, что собирается со мной сделать.От них я еще в машине заледенела, превратившись в бесчувственную статую, и перестала слышать гадостные фантазии.Вообще, поездка в машине к дому этого мерзавца запомнилась мне смутно.Мужчины все время грубо смеялись, полностью поощряя поведение своего начальника, от них мерзко несло потом, немытыми телами и луком, меня подташнивало, кружилась голова и от обморока отделяло лишь понимание, что, в таком случае, участь моя будет еще печальней.Мало ли что придет в голову этим зверям сделать с беспомощной, бессознательной женщиной?Нет уж.Я решила, что буду бороться до конца. Пусть меня убьют лучше, чем… Чем сделают то, о чем говорили…Слава Деве Марии, жизнь с Леграном приучила меня быть стойкой, но никогда, даже в самых страшный снах.  Я   не могла вообразить себе всех тех мерзостей, что нашептывал этот рыжий толстяк.Легран мог поступать так, как ему хотелось, но… Но это было другое.Или я просто к нему привыкла и даже примирилась со своей участью?В то мгновение я не могла об этом думать, просто мелькнула мысль,  поразила своей простотой и острой болью и исчезла.