Онлайн книга «Дорога сна»
|
— А я-то была уверена, что вы влюблены в другую, — прошептала Аврора, и на глаза её вновь навернулись слёзы. — Как глупо вышло! Сколько времени мы потратили впустую! — В кого же я мог влюбиться в этом диком краю? — усмехнулся Леон. — В Гретхен? В Вивьен? В Люсиль де Труа? — Почему нет? Вам же нравятся рыжие… — Ну, она в любом случае была слишком молода для меня, — протянул он, несколько озадаченный словами Авроры. Ему и правда нравились рыжеволосые женщины, но откуда она-то об этом знает? Он вроде нигде об этом не обмолвился, даже в разговоре с Бертраном… — Молода, красива и умерла раньше срока, — ожесточённо произнесла Аврора, и губы её сжались, словно она пыталась сдержать сильную боль. — Сегодня умер ещё один человек, возможно, виновный в её смерти. Умер, потому что я принесла ему яд! Люсиль мертва, Чёрный Жоффруа мёртв, а я сижу здесь, с вами, и мне хорошо! Я не заслужила этого удовольствия, не заслужила любви, не заслужила… — Полно, перестаньте! — Леон испугался, что сейчас она снова разрыдается. — В смерти Люсиль вы не виноваты, виноват только её убийца. А Чёрный Жоффруа в любом случае был разбойником и головорезом и заслужил казни. Что касается вашего милосердия… я думаю, вы поступили правильно. Я однажды тоже, — он сглотнул, — убил человека из жалости к нему. Это было давно, я тогда ещё служил в рядах королевских гвардейцев. Мне с моим отрядом поручили арестовать преступника. Мы отыскали его, загнали в угол, и я столкнулся с ним лицом к лицу — он стоял, сжимая в руке нож, от которого пользы было столько же, сколько от вышитого носового платочка, он совсем не умел им владеть… И я видел ужас в его глазах, видел, что он боится заточения и боли, я знал, что его будут пытать. И я заколол его — выбил нож и вонзил шпагу ему прямо в сердце. Аврора передёрнулась и на миг прикрыла глаза, но ничего не сказала. — Позже Кольбер поносил меня на чём свет стоит, утверждая, что я должен арестовывать, а не убивать преступников, но мне было всё равно. Я знал, что спас его от пыток и мучений, и знал, что поступил правильно. И сейчас я бы поступил точно так же. Так что, как видите, уж кто-кто, а я точно не стану корить вас за проявленное милосердие. — Благодарю вас, — сдавленно проговорила она. — Но что совершил тот преступник с рыбьими глазами? Он тоже разбойничал? Или нападал на женщин? — Он был крупным вором и карточным шулером, если мне не изменяет память… — Леон споткнулся на полуслове и уставился на Аврору ещё более изумлённо, чем раньше. — Постойте, откуда вы знаете, что у него были рыбьи глаза? Я совершенно точно вам этого не говорил! — Я… не знаю, — она снова побледнела и затравленно огляделась, будто готова была сбежать из комнаты Леона в одной рубашке. — Я просто представила его таким — с пустыми и холодными рыбьими глазами… У Чёрного Жоффруа они стали такими же пустыми перед казнью… — Нет, вы мне что-то недоговариваете! — бывший капитан лихорадочно соображал. У него в голове вновь прозвучал голос мужчины из сна, назвавшего Аврору «ведьмой» и «колдуньей», вспомнились слова Бертрана, который знал её с самого детства: «Она как будто насквозь тебя видит, как будто стоишь перед ней без одежды». Леон подумал о целебных зельях и опасных ядах, которые Аврора изготавливала сама, о слухах, связанных со смертью её мужа, о её случайных словах, которым он до этого дня не придавал значения. Она сказала, что беспокоится из-за Люсиль, потому что увидела дурной сон про неё! Самому Леону не раз снились странные сны за всё время, что он провёл здесь… Сновидения, зелья, слухи и таинственные убийства — как он раньше мог не замечать, что все нити сходятся к Авроре Лейтон? Должно быть, её красота и собственная влюблённость окончательно затмили его разум! |