Книга Алхимия и ее жертвы, страница 60 – Флавия Майер

Ада хоть и была частью кружка, но не присутствовала ни на одном его собрании. Она до того погрузилась в исследование новых ингредиентов, что совсем не интересовалась собраниями мужа. Она лишь сожалела, что он уделял ей время лишь за завтраком, ужином и ночью. В другое время Мандор забывал о существовании своей жены. Как бы эта мысль разъедала её сердце, она вновь погружалась в работу над зельем.

Через три дня Ада готовилась посетить родителей. Они до сих пор не знали, что их старшая дочь обрела мужа. Также она хотела отдать им некоторую сумму, что взяла из остатков гонорара. Им деньги куда нужнее! Она давно не видела мать и отца, потому стремилась узнать об их положении.

С этими мыслями полуэльфийка отправилась в Антас-Энд. Вместе с Абигаль она отправилась в родной дом. Люди вокруг так же, как и в прошлом году, ходили с красной сыпью. В темных переулках лежали полуживые бедняки. Неужели эпидемия не закончилась? Дурное предчувствие усиливалось с каждым шагом в сторону родительского дома. Ада проходила по мрачным переулкам и крепко прижимала к груди корзинку. Счастливых новостей жители этого района почти не получают. Какие вести преподнесет её семья?

Ада встала возле двери и затаила дыхание. Увидит ли она еще более мрачную картину, чем привыкла наблюдать в семье? Через пару мгновений она все узнает. Эпидемия вряд ли хорошо сказалась на семье, а Ада не посещала их уже приличное время. Она с замиранием сердца открыла двери.

От увиденного Ада обомлела. На кровати бесшумно лежала мать. Её лицо, такое измученное и поникшее, казалось спокойным. Вонь стояла удушливая, отчего полуэльфийка прикрыла нос надушенным платком.

Она посмотрела на отца, вытянувшегося на диване. Тот всхлипывал, закрыв лицо руками. Ада ринулась было к нему, но резко остановилась. Она желала приобнять несчастного, утешить, если это только возможно. Стоило приглядеться к нему получше, как здравый смысл помешал приближаться к нему. Отца терзал постоянный кашель. Такой громкий и частый, что Ада каждый раз вздрагивала. Когда он кашлял, изо рта брызгала кровь. Бессилие поработило его, отчего ни одного слова, даже приветствия, от него не услышали.

— Ада, Ада, как хорошо, что ты пришла! Ада, Ада!

Двое младших братиков вышли к ней и стали дергать Аду за юбки. Им было семь и пять лет, светлые волосы торчали во все стороны.

Ада собралась с мыслями, опустила глаза на болезненного вида братьев и дрожащим голосом спросила:

— А что с матерью?..

— Ада, – засуетился маленький полуэльф, – у неё который день не спадает жар.

— Она почти не ест и все время спит! – второй маленький полуэльф показал грязные ладошки. – Вот!

Ада перевела взгляд на мать и задрожала, глаза округлились. Едва она оправилась от шока, как маленькие полуэльфы потянули Аду за юбку и стали тыкать грязными пальцами в сторону застеленного тряпками корыта. В нем мирно спал младенец.

— Недавно родился? – монотонно произнесла Ада.

— Ага! – пролепетал первый брат. – Вроде, живой!

— Мы ему успокоительное даем, – вставил второй, – а то кричит все время. Отца это раздражает!

Ада вручила новую баночку успокоительного сиропа, которую взяла с собой. Мандор всегда держал в запасе это лекарство, потому она с разрешения мужа взяла его для семьи. Она открыла вторую бутылку и, потрогав мать за лоб, напоила её снадобьем с ложки.