Книга На сердце без тебя метель..., страница 228 – Марина Струк

Первое, что услышала Лиза, придя в себя, — приглушенный голос, мягко, но настойчиво зовущий ее по имени. Потом кто-то прикоснулся чем-то мокрым к ее лбу, и по коже поползла неприятно холодная капля влаги, от которой так хотелось отмахнуться. Но сил поднять руку не было. Девушка распахнула глаза, с трудом фокусируя взгляд на темном силуэте на фоне светлого окна.

— Добро пожаловать обратно в грешный мир, mademoiselle, — мягко проговорил доктор Журовский. — Что же вы, девицы, так себя не бережете? Прямо пандемия у меня в уезде, не иначе… Вон mademoiselle Зубова все никак от нервной хвори не оправится, а нынче вы…

Упоминание имени Лиди тут же повлекло за собой мысль об Александре, а воспоминание о женихе привело Лизу в чувство быстрее лекарства, которое уже протягивал ей в бокале доктор. Она послушно глотнула горькую микстуру и вдруг резко вскочила в постели. Господину Журовскому пришлось даже придержать ее за плечи, чтобы унять это порыв.

— Где я? Где я нахожусь? Что это за место? — приступ паники усиливался с каждым мгновением, ведь комната, которую Лиза сейчас оглядывала, была ей совсем незнакома. Это определенно не ее скромная спаленка в покоях, отведенных Вдовиным. И она сама не поняла, почему вдруг среди лихорадочно мечущихся в голове мыслей мелькнула странная догадка: — Я в зеленом доме?

— Бог с вами, mademoiselle! Помилуйте, конечно же, нет! Вы ведь барышня, невеста его сиятельства! Что вы говорите! — вырвалось у доктора, прежде чем смущение сковало его язык. В тот же миг он покраснел, неловко поправил очки на своем носу и озабоченно оглянулся на застывших у двери дворецкого и двух девушек из дворни, чьи лица были Лизе незнакомы. Те выглядели не менее смущенными и шокированными, чем доктор. Лишь дворецкий быстро справился со своими эмоциями и взглядом пресек смешки девиц.

— О чем вы? — недоумевая, спросила Лиза. Но доктор вдруг засуетился, стал собирать в свой саквояж расставленные на столике подле кровати склянки с порошками и каплями, снова завел речь о соблюдении режима, хорошем питании («непременно скоромном!») и, по возможности, отсутствии тревог.

— Хотя разве ж обойдетесь без волнений? До Красной горки считанные дни…

И Лиза быстро отвела глаза от неожиданно прямого взгляда господина Журовского, боясь выдать ему, что все совсем не так, как ему представляется. Он и так отчего-то разволновался сверх меры — руки так и тряслись, когда закрывал свой саквояж.

— Я должен спросить у вас, mademoiselle… мне надобно убедиться… лично у вас, — доктор снял очки с носа и стал протирать их платком, старательно избегая взгляда своей пациентки и при этом понизив голос почти до шепота: — Ваши… м-м-м… ваши регулы… ваши очищения ежемесячные… Девица ваша говорит, что все без нарушений. Просто причина может быть… ежели регулы…

— Она права, — вновь настала Лизина очередь отводить глаза. Даже сердце кольнуло от тех подозрений, что могли быть у доктора на ее счет.

— Благодарю вас, — Журовский ободряюще коснулся ладонью ее руки. — Стало быть, я заверю вашего жениха, что ваше здравие вне опасности и зависит исключительно от вашего питания и образа жизни. До свидания, mademoiselle.

Лиза опомнилась, только когда доктор поклонился и зашагал к дверям. Ей до безумия захотелось сорваться с места и вцепиться в рукав его сюртука. Оставаться здесь одной было страшно. И, кроме того, разве господин Журовский не был частью всей этой авантюры, которая рассыпалась нынче, как карточный домик? Но пристальный взгляд дворецкого заставил ее остаться на месте, подавив собственный страх. А поймав на себе любопытные взгляды дворовых девиц, Лиза вспомнила, что она урожденная дворянка, которой не пристало скакать по комнате и биться в приступе истерического страха. Это помогло собраться с духом, выровнять дыхание и хотя бы на толику унять бешеный стук сердца в груди.