Книга Игра на жизнь, страница 38 – Флавия Майер

То ли слова Фелиции, то ли нежелание продолжать плести ложь перед компаньонкой – одно из этих чувств заставило Пуэллу согласиться и взять её с собой.

Фелиция и её покровительница пришли по адресу ближе к вечеру. Дом из красного кирпича слишком выделялся на фоне вереницы серых зданий. Фелиции показалось, что она стояла на пороге имения добрых и светлых людей, которых не коснулся туман серой грусти, что царил в этом городе. Дверь гостям открыла полная женщина средних лет, которая была одета в расшитый узорами фартук и пестрое красное платье. Хозяйка жеманно улыбнулась и провела дам в переднюю.

Попросив немного подождать, женщина удалилась в гостиную, а мисс Люденс огляделась. Изнутри дом уже не казался роскошным. Старые картины были покрыты слоем пыли и паутины, а узорчатые обои отклеивались в углах и местами покрылись пятнами. Грязь с пола липла к обуви, а у порога виднелась гора изношенных до дыр ботинок.

Наконец хозяйка вышла из комнаты с мужчиной под рукой, одетого в дорогие одежды, но безобразно выглядящего – его щеки повисли, лицо опухло, а красные слезящиеся глаза смотрели в пустоту.

— Дамы, какой сюрприз! – вскричал восхищенный прибытием новых гостей хозяин. – Милости просим!.. Ну же! Вы, сударыня, пойдем те, убьем время, пока оно не убило нас.

Мужчина уже потянулся к мисс Люденс, как Субдола оттолкнула его. Хозяйка охнула и отвела потерявшего разум мужа в другую комнату.

Пуэлла заглянула сквозь двери в гостиную, откуда тащили пьяного хозяина, и поморщилась. В той комнате царила вакханалия: одни мужчины лежали без сознания, другие – пиршествовали за столом или дрались между собой. Разбитые бутылки с разбросанными всюду картами и невыносимый гомон тотчас принудили Пуэллу прикрыть дверь и сесть на диван рядом с компаньонкой. Субдола с сожалением взглянула на Фелицию, которая вся сжалась на краю сидения и смотрела в пол застывшим взглядом. В этот момент сердце Пуэллы пронзил сильнейший укол совести.

Вернулась хозяйка и жеманным голосом произнесла:

— Сударыни, простите уж нашего хозяина-то. Он – человек веселый! – похабно смеялась женщина, – Не желаете штосс? Или, если мисс рядом с вами захочет, то в мушку сыграем?

— Извольте метать банк, а я буду понтировать, – ответила Пуэлла тотчас и поскорее отвела Фелицию подальше от комнаты мужского увеселения.

Пуэлла села с хозяйкой за отдельный стол и начала игру. Она нисколько не сомневалась, что предложение хозяйки шло не от добрых намерений. В игре в штосс многое зависело от мастерства игрока, не зря Пуэлла питала к этой игре особый интерес, потому внимательно наблюдала за колодой. На ощупь она обнаружила на картах подрезку: хозяйка играла клиновой колодой. Пуэлла, проиграв десять серебряных монет, пошла на хитрость. Перед партией она нащупывала нужные для соперницы карты и делила колоду снизу.

Когда Пуэлла выиграла у хозяйки две золотые монеты, то отложила карты и сказала:

— Благодарю, сударыня, за доставленную честь.

— Что же вы, – попятилась хозяйка, – не играете?

— Сударыня, – низким голосом сказала Пуэлла, – я дала себе слово на этих картах, которые вы изволите держать в руках, никогда более не проигрывать.

Хозяйка разинула рот и спросила:

— Как вы узнали? Вы, значит, опытный игрок?

— Разумеется, – Пуэлла показала визитку. – Иначе я бы не пришла с интересным предложением для хозяина.