Книга Тайна аристократки, страница 90 – Лиза Клейпас

— У тебя было много женщин?

Риз погладил ее по спине, на мгновение задумавшись, стоит ли рассказывать будущей жене о бывших любовницах, наконец спросил:

— Разве это имеет значение?

— Нет, просто любопытно.

— Моей самой требовательной любовницей всегда был магазин, – отшутился Риз.

Она прижалась губами к его плечу.

— Ты, должно быть, скучаешь по работе.

— И вполовину не так, как по тебе, когда ты не рядом.

— Но ты так и не ответил на мой вопрос.

— Если ты имеешь в виду содержанок, то у меня была всего одна такая связь и продолжалась год. – После небольшой паузы Риз откровенно сказал: – Это была своеобразная сделка, когда я снимал дом и оплачивал все счета, а также постельные утехи.

— Зачем?

Риз пожал плечами.

— У всех моих знакомых были любовницы. И вот один деловой партнер представил мне как-то даму после того, как ее договоренность с предыдущим любовником закончилась. Ей нужен был новый покровитель, и я нашел ее привлекательной.

— Ты заботился о ней?

Риз не привык обсуждать свою личную жизнь, и тем более признаваться в слабостях. Но поймав на себе ее вопросительный взгляд, был вынужден продолжить:

— Я так и не понял, была ли привязанность моей любовницы искренней, да и сама она вряд ли это знала, поскольку привыкла оказывать услуги за деньги.

— А тебе хотелось, чтобы она испытывала к тебе привязанность?

Риз покачал головой.

— Не думаю. Меня больше устраивали отношения без обязательств, на одну-две ночи, и, как правило, с дамами, которые любили жесткое совокупление.

— Грубость в постели? – удивилась Хелен.

— Да, жестко и грубо, и не всегда в постели.

Ее рука замерла на его груди.

— Но ты же так нежен в постели…

Риз не знал, плакать или смеяться: ему вдруг вспомнилось несколько позорных эпизодов из прошлого, и лицо залила краска стыда.

— Я рад, что ты так считаешь.

— Скажи, а почему ты считаешь себя чуть ли не представителем низшего класса? – не унималась Хелен.

— Не то чтобы к низшему, но уж точно не к высшему, – заметил Риз, усмехнувшись. – «Тресковая аристократия» – вот как нас называют в обществе. Мы сумели сколотить состояние, но так и остались в глазах высшего света простолюдинами.

— Но почему тресковая?

— Так раньше называли купцов, разбогатевших в американских колониях на торговле треской, а теперь любого успешного предпринимателя.

— Значит, это синоним к слову «нувориш», – заключила Хелен. – Жаль, что это вовсе не комплимент: ведь тот, кто самостоятельно выбился в люди, работая не покладая рук, достоин восхищения. – Услышав его смешок, она повторила: – Да, именно так!

Риз поцеловал ее.

— Не нужно мне льстить.

— Я и не пытаюсь. Я действительно считаю, что такие, как ты, могут служить примером многим аристократам.

Независимо от того, говорила ли Хелен искренне, от всего сердца, или входила в роль верной спутницы жизни, ее слова пролились целебным бальзамом на его израненную душу и пришлись очень кстати, Риз нуждался в них.

Он лежал неподвижно, давая Хелен возможность рассмотреть его тело, удовлетворить любопытство.

— А ты никогда не встречал девушку, на которой был бы не прочь жениться? – спросила она неожиданно.

Риз некоторое время медлил с ответом: не хотелось копаться в прошлом, – но Хелен ему слишком дорога, чтобы ей лгать.

— Да, была такая девушка, – признался он. – Пегги Гилмор. Я заказывал у ее отца, мебельщика, оборудование для магазина. – Перед его мысленным взором возникли призрачные образы, вспомнились оттенки чувств, которые когда-то испытывал, и давно отзвучавшие слова. – Она была очень хорошенькая, с зелеными глазами, но я не ухаживал за ней, поскольку знал, что мой друг, Иоан, был влюблен в нее.