Книга Тайна аристократки, страница 140 – Лиза Клейпас

Хоть выражение лица графини и оставалось надменно-холодным, а тон – безапелляционным, глаза выдавали ее: в них было сострадание и беспокойство, они искрились добротой.

Леди Бервик боролась не с Хелен, а за нее. «Вот почему Кэтлин любит графиню», – пришло осознание. Когда наконец леди Бервик замолчала, Хелен посмотрела на нее с благодарностью и печальной решимостью.

— Вы совершенно правы, и я понимаю, что могу погубить себя, но дело в том, что Чарити нуждается в любви. У нее должен быть кто-то близкий. Кто, если не я, возьмет на себя заботу о ней?

Леди Бервик встретила с ледяным молчанием ее слова. Не отдавая себе отчет в том, что делает, Хелен бросилась к графине, опустилась на пол возле ее кресла и положила голову ей на колени. Леди Бервик напряглась, а Хелен проговорила:

— Вы взяли к себе Кэтлин, когда она была всего на год старше Чарити. Вы окружили любовью и заботой девочку, которая никому не была нужна. Кэтлин сказала, что вы спасли ей жизнь.

— Но не за счет своей собственной! – воскликнула графиня и судорожно вздохнула.

Хелен почувствовала легкое прикосновение ее руки к своей голове.

— Почему ты не хочешь прислушаться ко мне?

— Я прислушалась к своему сердцу, – тихо ответила Хелен.

Графиня горько усмехнулась.

— Со времен Евы именно с этой фразы начинается падение женщины. – Рука графини соскользнула с головы Хелен. – А теперь оставь меня, я хочу побыть одна.

— Мне жаль, что я расстроила вас, – прошептала Хелен и, быстро поцеловав прохладные морщинистые пальцы графини, встала.

Леди Бервик резко отвернулась, пряча слезы, и коротко сказала:

— Ступай.

Поднимаясь по лестнице, Хелен почувствовала боль в пояснице. На нее вдруг накатила страшная усталость, и пришлось даже ухватиться за перила, чтобы не упасть. Юбки, казалось, налились свинцом, от одежды исходил впитавшийся в ткань неприятный запах после поездки в трущобы.

На верхней площадке лестницы она услышала звуки музыки. Это была знакомая мелодия из музыкальной шкатулки розового дерева, которую подарил ей Риз. Она занимала специальный столик с ящичком, в котором хранились запасные детали – латунные цилиндры с иглами. Хелен направилась в гостиную, откуда доносилась музыка, и остановилась на пороге.

Заметив старшую сестру, Пандора подошла к двери, приложив палец к губам. Ее голубые глаза весело блестели. Не переступая порога, девушки наблюдали, как Кассандра раскачивается и изящно кружится в такт мелодии. Чарити в белой сорочке с заколотыми бретельками, свисавшей до самого пола, тоже любовалась этим причудливым танцем. Близнецы успели умыть и расчесать ребенка. По тому, как девочка подпрыгивала на босых ножках, было видно, что она возбуждена. Такая хрупкая, с выступающими костями, она, казалось, могла улететь от малейшего дуновения ветерка, как пух одуванчика.

Пытаясь подражать Кассандре, Чарити двигалась неуклюжими мелкими прыжками и кружилась на месте, как маленькая фея, то и дело поглядывая на девушку, словно в ожидании поддержки. По всей видимости, с Чарити впервые играл взрослый человек.

Это зрелище подняло настроение Хелен. Пандора взяла ее за руку и повела от комнаты прочь.

— Пойдем со мной. В твоей спальне уже стоит поднос с ужином. Ты можешь поесть, пока Кассандра и Чарити играют. И еще, умоляю, прими ванну! Не знаю, что это за запах, но от Чарити несло точно так же, пока мы ее не обтерли и не переодели. Более отвратительной вони я в жизни своей не ощущала.