Книга Невеста из империи Зла, страница 42 – Эльвира Барякина

Танцующий должен исполнять танец правильно, четко и одинаково хорошо как правой, так и левой ногой.

Женщина имеет право в учтивой форме выразить неудовольствие по поводу несоблюдения мужчиной положенного расстояния в три сантиметра и потребовать объяснения в учтивой форме.

Курить и смеяться следует в специально отведенных для этого местах.

— Пьянствовать будешь? — осведомился кто-то за Лениной спиной.

Напугавшись, она резко обернулась. Слава богу, это был всего лишь подвыпивший Пряницкий.

Жека уже успел наплясаться, разлохматиться и расстроить кое-кого своим внешним видом. Несколько местных парней сидели на лавочке перед церковью и взирали на него с нескрываемым отвращением.

— Гляньте — вырядился в подштанники! — довольно громко произнес один из них.

В ответ Жека лишь высокомерно усмехнулся:

— Деревенщины! Это же высокая мода!

Лена взяла его за локоть и потащила прочь.

— Ты, кажется, хотел меня чем-то угостить. — У нее было смутное предчувствие, что Пряницкий сегодня получит по рогам.

В кустах за церковью Воронов разливал коктейль «Поцелуй тети Клавы». Волшебный напиток готовился так: в полстакана дешевого портвейна вливалась солидная доза водки и немного пива.

— А можно мне просто пива? — осведомилась Лена.

— Да от него ж никакого кайфа не будет! — удивился Воронов. — Вон Пряницкий уже три «поцелуя» вылакал: смотри, как ему хорошо!

Жека действительно вовсю радовался жизни и с чувством пел какую-то бодрую песню. Правда, других слов, кроме «ы-ы-ы-э-э-ы-ы», никто не мог разобрать.

— Кажется, я еще не доросла до «поцелуев», — поспешно отказалась Лена.

Высокие потолки церкви многократно усиливали рев динамиков. Кинув свою куртку на стул, Лена протолкнулась в круг, в центре которого изгибалась какая-то деревенская тетеха.

«Чертовы мозоли!» — мысленно ругнулась Лена. Если б не туфли, она бы показала тут такой класс, что все ахнули. А так у нее получалось лишь чуть-чуть притопывать и водить плечами в такт музыке.

— Привет! А Марика где? — спросил подошедший к ней Алекс.

Лена удивленно посмотрела на него:

— В общаге. А что?

— Ничего. Я просто спросил.

В этот момент магнитофон заиграл «Миллион алых роз». Девушки кинулись врассыпную к стенкам — ждать, чтобы их пригласили. Лена хотела было последовать их примеру, но неожиданно для себя оказалась в объятиях Пряницкого.

— Мамзель танцует? — заорал он ей в ухо.

— Ну-у...

— Вот и славненько!

Жека явно не соблюдал положенное расстояние в три сантиметра.

— Убери руку с моей задницы! — шипела на него Лена.

— Я не могу, — перекрывая рев динамиков, кричал Пряницкий. — На нее земное притяжение действует, вот она все время и сползает.

Путаясь в терминах, Жека начал объяснять, что закон всемирного тяготения притягивает парашютистов к земле, яблоки — к голове Ньютона, а студентов — друг к другу.

— Ты с-с-страстная женщина! — закончил он свою мысль. — Ты могла бы полюбить молодого подонка в белых штанах?

В этот момент в магнитофоне что-то булькнуло, звук прервался, и Пряницкий, не сбавляя громкости, прокричал на весь клуб:

— Федотова, а я ведь тебя хочу!

Что творилось в рядах публики, описанию не поддается. Деревенские ржали как кони и тыкали в Лену пальцами.

Пунцовая от стыда, она подхватила свою куртку и кинулась прочь. Пряницкий рванул было за ней, но всемирное тяготение и тут сыграло с ним злую шутку: у порога земля позвала его к себе, и он плашмя грохнулся на пол.