Онлайн книга «Невеста из империи Зла»
|
— У нас есть примета: как встретишь Новый год, так его и проведешь, — сказала она Алексу, когда они выходили из машины. — Что-то это не внушает мне оптимизма. В приемном покое уже топталась целая куча народу. Миша с трудом сумел объяснить дежурной медсестре, чего ему надо. — А, так вы к Степановой? — наконец осознала та. И, заглянув в свои бумажки, объявила: — Она уже родила. Если бы не Жека, Миша свалился бы прямо к ней под стол. — Родила? — Родила. — Девочку? — Нет. — А кого? — перепуганно простонал Степанов. Мальчишку им показали через стекло. Миша смотрел на него и все пытался осознать, что это его сын. Пусть не генетический, не родной, но все-таки. Рожица маленькая, красная, глазки закрыты, и рот — треугольничком. Но больше всего Мишу поразили его размеры — человеческое существо не могло быть таким крошечным. Как его на руки-то брать? А вдруг что-нибудь сломаешь? — Смотри, улыбается, улыбается! — толкнул его в бок Жека. Миша старательно вытаращился на ребенка. — Где улыбается? Он же спит! — Да я про медсестру говорю! — досадливо отмахнулся Жека. — Симпатичная, правда? — Степа-а-анов! — кричала Лена через окошко третьего этажа. — Ты что из вещей мне привез? Миша топтался внизу: — Как что? Одежду! Платье, сумку, золотую цепочку... — Ми-иш! — на всю улицу. — Ты трусы носишь? — Ну... ношу. — А мне что, не надо? Внутрь родственников не пускали, поэтому два раза в день Миша бегал под окна Лениного роддома и наряду с десятком других молодых папаш орал, гримасничал и махал руками, чтобы хоть как-то объясниться с женой. Еще можно было писать записочки и отсылать передачи. Но большинство продуктов находились под запретом, поэтому родственники передавали их в палаты контрабандой: привязывали к спущенным из окон веревочкам и отправляли наверх. Все-таки тем, кто рожал летом, было намного легче: они могли хоть окна открыть и нормально поговорить со своими. А зимой как поговоришь? На улице — минус двадцать пять, в палате двадцать девчонок, и к каждой постоянно кто-то приходит. Эти пятнадцать дней прошли перед Мишиными глазами как какой-то сюрреалистический фильм. Готовиться к предстоящей сессии он абсолютно не мог. Сидел над учебником и тупо смотрел перед собой. Все мысли были только о Лене, о маленьком, о том, как жить дальше… — Ну и как ты ощущаешь себя в роли молодого папочки? — постоянно подначивала его теща. Да никак! Миша вообще себя не ощущал. Он ужасно соскучился по Лене и в то же время боялся ее возвращения домой. Какими глазами он будет смотреть на чужого ребенка? А вдруг он не сможет подавить в себе отвращения к нему и все это заметят? Впрочем, скоро его страхам и сомнениям пришел конец. Наняв за бешеные деньги черную «Волгу», Миша отправился забирать жену. Теща в счастливых слезах, тесть с примороженными гвоздиками, роженицы в окнах, сбежавшиеся посмотреть, на чем увезут домой Степанову… Наконец Лена вышла на крыльцо — вся странная, необычно худенькая… А в руках ребенок в одеяле. — Ну, иди, принимай сокровище! — крикнула Мише нянечка, высунувшаяся вслед за Леной. На подгибающихся ногах он подошел, чмокнул жену в щеку, проговорил что-то… Лена приподняла салфеточку с лица младенца. Тот спал — глазки закрыты, во рту резиновая соска. — Как назовем-то? — спросила Лена, испытующе глядя на Мишу. |