Книга Пересечение, страница 12 – София Санчес

Мари опустилась на стул, ей хотелось побыть здесь, вспомнить крёстную и погрустить о ней. Она услышала строгие шаги за стеной и замерла, а когда в приоткрытой створке появился Андрей, она тотчас вскочила на ноги.

— Ты? — Недовольно протянул он. — Что тебе надобно здесь?

— Я вспоминала крёстную, — тихо отозвалась она.

— Вспоминала, как она выполняла любую твою прихоть? — Ухмыльнулся тот.

— Почему вы ненавидите меня? Я не сделала ничего плохого, — в упор строила она, хлопая глазами.

— Ненавижу, — засмеялся он, — ты не заслуживаешь даже ненависти, ты просто никто и место твоё подальше от этого дома, он меня и ото всего что связывало тебя с маман.

— Вы придумали что-то для меня? — Испуганно произнесла Мари, мучаюсь неизвестностью.

На это он скривил губы и быстро ушёл, точно намеренно желал мучать и без того перепуганную девушку. Марьяна решила узнать хоть что-то и поспешила его догнать, Андрей отдалялся все быстрее и ей стоило трудов догнать его. Уже возле гостиной она обратила на себя внимание.

— Подождите, — громко сказала она. — Объясните, что вы собрались делать относительно меня?

— Через пару дней едем в Протасовку и там я все поясню, — оборвал он, не глядя на испуганную Мари.

Ей ничего не оставалось как подчиниться и ждать, она была бессильна точно маленькая лодка перед наводнением и приходилось плыть по течению за ним. Она так и стояла слушая его шаги, пока они не затихли и тогда она крепко зажмурила глаза, слушая отчаянный стук своего сердца.

Прошло два дня и наступил день отъезда, только Мари это совсем не радовало. Ей казалось её увозят в тюрьму, где не будет свежего воздуха и стены будут покрыты мхом, на ногах окажутся кандалы и сама она будет обречена на вечную скорбь. Ничего хорошего и тем паче доброго отношения от Андрея она не ждала, он уже показал свои намерения и оттого у Мари рвалось сердце, точно сухой осенний лист с ветки.

С денницей к ней заглянула Фрося и застала Марьяну за туалетным столиком, она безразлично проводила деревянным гребнем по рыжим волосам. В глазах застыли слезы, уезжать из дома, который она считала своим совсем не хотелось, здесь все напоминало о крестной и здесь вся жизнь, а там рядом с ненавидящим её Протасовым, Мари понимала — жизни не будет.

— Андрей Петрович сказывал поторопить тебя, — вздохнула она, поглядывая на уложенные в дорожный кофр вещи.

— Не хочу, — отчаянно закачала она головой. — Сбегу, не поеду с ним.

— Что ты, Марьянушка, — всплеснув та руками, принялась обнимать сидящую около зеркала девушку. — Куда идти? А там Андрей Петрович как то да позаботится.

— До смерти замучает, — парировала Мари, отложив гребень подальше, — ненавидит он меня, поелику и тебя брать не хочет, дабы свидетелей не было. Все хочет отнять!

— Марьяша, — протянула Фрося, — не рви мне сердце, дочка, я итак ночи не сплю, не говори ты так.

— Буду, няня, буду, — Мари резко поднялась со стула, — я сильной буду, ради Анны Степановны, ради тебя, ради себя, ежели он меня со свету изжить хочет, то дудки, я не позволю. Я сильнее чем ему кажется!

— Молодец, Марьянушка, вот теперича я спокойная тут буду, а ты ежели что пиши мне, голуба, я мигом прилечу, — настраивала её Фрося.

— Вот увидишь я на многое способна, — вскинув подбородок заявила Мари.