Онлайн книга «Карл Любезный»
|
Ваша (но, быть может, нет, и я предоставляю вам выбор) К.Б. 24 февраля 1484 г. — Его не сможет не тронуть такое письмо, — проговорила Катрин, складывая бумагу вчетверо. — Если бы ты слышала, какие слова любви он говорит, когда мы падаем в объятия друг друга! — Ах, Катрин, на мой взгляд, любовные излияния в этом случае не отличаются разнообразием и звучат одинаково как в устах герцога, так и простого башмачника. Однако, бесспорно, твой лорд безумно рад иметь любовницу, которая в два раза моложе его. Не родился еще тот мужчина, который не был бы польщен такой разницей в возрасте, а потому не сделал бы так, как советует, точнее, как слезно просит дама его сердца, ибо его страшит невосполнимая утрата. — Анна, это очень опасное письмо! Если оно попадет в руки короля Ричарда, несдобровать ни лорду Стэнли, ни посланцу; первого он в лучшем случае спровадит в темницу, второго прикажет пытать, дабы выведать у него, кто дал ему это письмо. — Я не знаю, Катрин, кому я могла бы доверить такое рискованное поручение. Я перебрала уже в памяти всех лиц, достойных такой миссии, но… Тем не менее она должна быть выполнена во что бы то ни стало. Я подумала было о наших друзьях, однако… Катрин схватила подругу за руку: — Но что тебя останавливает? Ведь лучше них эту задачу не выполнит никто, чтоб мне не пировать на собственной свадьбе, как сказал бы Рибейрак. — Его мы и пошлем! Что скажешь на это? — Ему будет трудно. Кому ведомо, какие опасности могут подстерегать одинокого курьера в таком путешествии? Не лучше ли послать всех троих? — Один человек не привлечет к себе внимания, в то время как трое могут вызвать подозрения. У Ричарда, как и у всякого монарха, повсюду шпионы. — Но Филипп не поедет без Этьена, тебе ли не знать? — Тогда, что же, пошлем Этьена? — А он не поедет без Филиппа. — Черт побери, ты права. — Мало того, они оба не тронутся с места без Ласуа. Ты ведь знаешь, эту троицу уже водой не разольешь. Целыми днями они пропадают в Оружейной, где Ласуа обучает их приемам боя; ко всему прочему к ним прилип, будто смолой его намазали, твой братец Карл. — Вообрази, он таскает их за собой на Королевские советы, и они имеют там право голоса, — подхватила Анна. — А Рибейрак совсем недавно каким-то мудреным итальянским приемом убил некоего выскочку из Берри, который во всеуслышание вздумал заявить, что его дама сердца превосходит красотой и умом гофмейстерину двора Катрин дю Бушаж. Катрин рассмеялась: — Мне рассказали об этом, и за это я люблю еще больше моего Филиппа. — Этот Ласуа произвел настоящий переполох во дворце. Придворные теперь целыми днями только и знают, что учатся овладевать приемами ведения боя со шпагой в руке. Они уже забывают про меч. Но хуже всего то, что они стали калечить друг друга: они вызывают на поединок любого, кто косо на них посмотрел или посмел сказать грубое слово. Карл пробовал им запретить, но запреты постоянно нарушаются. Однако заметь себе, ни один не решился вызвать на бой ни Рибейрака, ни Вержи. — Разумеется, кому же хочется быть убитым! — Я прихожу к мысли о необходимости издать эдикт о запрещении поединков, иначе при дворе в самом скором времени останутся одни дамы. — И с ними наша тройка, которую мы пошлем в Англию с письмом к лорду Стэнли. Нелишним будет, полагаю, ознакомить посланцев с его содержанием. |