Книга Высматривая путь. Том II, страница 30 – John Lemon

— Нет! Я все рассказала! Честно!

— Что-то ты темнишь, — с хитрецой взглянув на оторопевшую Деру, Кейра скрестила на груди руки.

Внезапно их прервал топот копыт, и запах пыли, принесенный ветром. Ведьмак, наконец, вернулся. И травница только хотела воскликнуть и порадоваться его скорому возвращению, как внезапно осеклась, заметив хмурый взгляд и напряженное лицо. Ко всему тому, что приключилось с ним в предместье, он еще и забыл купить то, что обещал. Вспомнил об этом только на подъезде к хате, и его злость в одно мгновение усилилась троекратно.

— Что за вид, ведьмак? — уперев руки в бока, громко спросила чародейка. — Не удалось передать посылку?

— Удалось, — заворчал Эскель, спрыгивая с коня и беря его за поводья, завел во двор.

— Ради Богов, скажи уже, что там произошло? От тебя так и разит гневом! — все не унималась Кейра.

Дера стояла рядом, с тревогой смотря, как ведьмак подводит к Стеблю Василька, как те радостно фыркают друг другу, а он неторопливо, но крайне дергано снимает со спины животного седло.

— Скажу только две вещи. Первое, — он дернул подпругу, и седло чутка накренилось вправо. — Я больше никогда не поеду в этот треклятый город. Хоть смертью мне угрожай. А во-вторых — Яна повесили.

— Повесили? — удивленно вскинула брови чародейка. — Как так? Кто? Нильфы? Реданцы пришли?

— Не знаю. Я не спрашивал. Да и не до того было, пока вся корчма окрестила меня мужеложцем по твоей милости, — он злобно чертыхнулся, стащил седло и водрузил его на плечо.

— Мужеложцем? — прыснула со смеху Кейра. — А я-то тут при чем?

— Передачка твоя надушенная… — Эскель выдохнул, стараясь не сорваться на витиеватую брань. — В общем, негоже мужику такое возить и передавать.

— Они что же, подумали, что ты любовнику своему посылки шлешь? — не выдержав, чародейка громко расхохоталась, а Дера за ее спиной нахмурилась.

— Ничего смешного, — вклинилась она, тут же привлекая ведьмачий взгляд.

Он заметил засохшее кровавое пятно на ее щеке, сощурился, понял, что раны там нет, но, на всякий случай, осмотрел ее полностью. Ранений нигде не было, значит для волнений причин нет. Может, это и вовсе не ее кровь. Мало ли, чем свою ученицу могла измазать чародейка, решившая обучать науке ритуалов.

— Да ладно? А мне смешно. Ты посмотри на него. Какой из него мужеложец? — она утерла выступившие слезы указательным пальцем, стараясь не размазать тушь. — Я ума не приложу что нужно было сделать, чтобы такого, как он столь позорно обозвали. Ну, ладно еще выродок, мутант, отродье, но мужеложец… Боги, Эскель…

— Что взять с недалеких деревенщин? Нет у них мозгов, чтобы ими пораскинуть и предположить, что ведьмак может просто выполнять чью-то просьбу, — вспыхнула Фредерика.

— Не заводись, дорогая, — с придыханием от едва успокоившегося смеха сказала чародейка. — С этого индивидуума не убудет, судя по его флегматичной морде, у него «панцирь» непробиваемый. Ты погляди, какой он возмутительно спокойный стоит.

— Но…

— Никаких «но». Лучше возьми себя в руки и подготовься к медитации. А ты, — она повернулась к ведьмаку, что устраивал седло на крыльце. — Расскажи, что произошло в Мурривеле.

— Ничего особенного, но у меня нет желания болтаться рядом с ним. Потому, в ближайшее время мы уедем. Переправимся через Понтар и двинемся во Флотзам. Тем более тут… — он осекся, из-за плеча взглянув на Деру. Нет, продолжать было нельзя.