Книга Высматривая путь. Том II, страница 210 – John Lemon

— Ладно. Доедай и поехали. Время.

Фредерика ничего не ответила, только коротко кивнула. Ведьмак осмотрел ее еще раз, а затем молча покинул корчму, давая девушке прийти в себя. К тому же ему еще стремена проверять.

Комментарий к Часть 28. Ревность и ретивость

Бечено

Выехали из Пацыкивки почти к полудню. Долго мусолили со сборами, завтраками и разборками, если те разговоры воспитательного характера вообще можно таковыми назвать. К тому же, оба отвыкли от спешки. Но, что сделано, то сделано. Хорошо лишь, что не пекло, как в середине Мидаете, к примеру. Когда от одной только мысли о солнце уже становиться дурно. Тем более Дере с ее этим «периодом». Эскель, конечно, не знал доподлинно, как оно там все устроено, но подозревал что, должно быть, с таким недугом весьма трудно переносить неблагоприятные условия. Если бы еще только тишь не стояла такая, что даже листик не шелохнется, то было бы просто великолепно. Потому как воздух из-за этого казался совсем не свежий, а был как бы стоячий и удушливый. Или то просто Фредерика растеряла всю сноровку и с непривычки загнала себя вместо Стебля?

— Как проедем Бен Глеан, возьмусь за тебя. Не годится это никуда, так вот уставать после каких-то двух часов езды, — со всей серьезностью сказал Эскель, доставая из сумки завалявшееся яблочко для Василька.

— Возьмешься? — Дера вздрогнула и вытерла предплечьем взмокшее от пота лицо.

— Да, возьмусь. А если убегать понадобиться от кого-то? И десятую от версты ведь не пробежишь. К тому же, ты до сих пор не можешь поднять коня в галоп. Какой из тебя путник тогда? Будешь постоянно плестись рысью? Не годится это, — словно поставил точку ведьмак, скармливая коню яблоко, а Фредерику, бедную, всю передернуло.

Не любила она физические нагрузки. Все вот эти вот упражнения казались ей чуждыми. Да и кто же их любит? Нет, ну Эскель, может, и любит, он ведь охотник на чудищ, а ей-то куда? Она ведь все больше по травам, пробиркам и ритуалам. Травница, конечно, подозревала, что рано или поздно ей придется научиться управляться с конем как полагается, ну и меч еще этот, что болтался на седле. Вот только зачем так скоро? Но, определенно, в чем-то ведьмак был прав. Ее сноровка оставляла желать лучшего и случись что в самом деле непредсказуемое, то она будет первой, кто попадет под раздачу, как самое слабое звено в их дуэте. А уповать на вездесущего Эскеля — не дело. Вот совсем не дело. Приложив ладонь к нагретой под солнечными лучами макушке, Дера цокнула языком.

— Как скажешь, — обреченно простонала она, запрокинув голову и прикрыв глаза. — Согласна я на эти клятые упражнения.

— Ты ведь еще не знаешь, что будет, а уже готовишься к худшему? — ухмыльнулся ведьмак.

— А ты думаешь, что я буду ожидать от тебя поблажек? — невесело хмыкнула девушка. — Вас небось так натаскивали, что вы уж и забыли о том, какие люди бывают хрупкие.

— Вот о чем-чем, а об этом я помню, — бросил через плечо Эскель, останавливая коня. — Стой, друг. Тише-тише.

Дера хмурилась и сверлила злобным взглядом его спину, а тот будто и вовсе не замечал ничего. Ну или просто делал вид. А как Василек остановился окончательно, он ловко выпрыгнул из седла и осмотрелся. Как бы там ни было, а до лагеря, где должны были быть белки они добрались. Вот только лагерь этот был уже пуст и без каких-либо следов пребывания нелюдей. Боги, они даже закопали очаг и забросали его листвой, чтобы никто не обнаружил. Надо же, какие осмотрительные. Не считая, конечно, небольшого послания, что вырезали прямо на толстом стволе лиственницы.