Книга Смотритель, страница 32 – Рон Рэш

Поэтому, когда Джейкоб сделал ей предложение, она сразу ответила согласием. Была уже почти полночь, когда он привез Наоми обратно к гостинице, пообещав заехать за ней днем. Деб и Конни уже спали, но проснулись, когда она вошла. Наоми поделилась новостью, и Деб обняла подругу.

— Повезло тебе, – сказала она. – Больше не придется заправлять кровати, кроме собственной. Да и то, скорее всего, это за тебя будут делать другие.

— И сразу после предложения он полез тебе под юбку? – спросила Конни, подмигнув Деб.

— Ничего такого не было, – возразила Наоми.

Конни, похоже, была разочарована.

— Он подарил тебе кольцо? – спросила Деб.

— Нет, – ответила Наоми. – Думаю, ему самому это только пришло в голову.

— Как пришло, так может и уйти, – заметила Конни. – Уверена, своим надутым родителям он еще не сказал.

— Он собирается рассказать им, но неважно, что они думают. Если понадобится, мы поженимся без их благословения.

— И когда это должно случиться? – спросила Конни.

Когда Наоми ответила, что уже на следующий день, Конни спросила, сохранила ли Наоми билет на автобус до дома.

— Лучше пока не выбрасывай, – посоветовала она, услышав утвердительный ответ.

Когда Конни снова уснула, Деб посоветовала Наоми не обращать на нее внимания: мол, Конни, будь у нее такая возможность, и лимону бы добавила кислинки. Но настал день, а Джейкоб не появился. Наоми решила, что Конни оказалась права. Наверное, родители отговорили его от этой затеи или он сам передумал. Она взяла саквояж и начала спускаться по мраморной лестнице гостиницы. Шагая в сторону Блоуинг-Рок и перекладывая саквояж из одной уставшей руки в другую, Наоми корила себя: она всего лишь глупая девчонка с фермы, которая ничего не смыслит в мужчинах, в любви, да и в других вещах.

Она уже подходила к автобусной станции, когда рядом остановился грузовичок Джейкоба. Наоми обрадовалась даже сильнее, чем если бы он сразу приехал в гостиницу. «Нужно было сначала за ними заехать», – сказал он, открывая ладонь. В свете полуденного солнца блеснули золотые кольца. Пока они ехали к мировому судье в тот сентябрьский день, Наоми не могла сдержаться, поглаживая сверкающее золото пальцем. Все происходило так быстро, что ей требовалось физически ощутить реальность происходящего. Теперь, спустя полтора года, Наоми снова гладила обручальное кольцо.

Ребенок зашевелился, и Наоми положила ладонь на живот. Этот малыш избавит ее от одиночества. Солнце приятно грело лицо, но уже начало опускаться за верхушки деревьев. Двор пересекало кружево света и теней. Наоми вспомнила изображение филфота и свою просьбу к Блэкберну, если случится что-то дурное. «Не думай об этом, – одернула себя Наоми. – У тебя и ребенка все будет в порядке».

С разбитой дороги до нее донесся шум машины, и она выглянула в окно. Сначала она решила, что приехала Лайла, но среди деревьев мелькнул голубой цвет, и машина остановилась у конца дороги. Блэкберн приехал раньше, чем ожидала Наоми, словно ее одиночество призвало его. Она пошла на кухню сварить кофе. Но, снова глянув в окно, поняла, что во двор заходит вовсе не Блэкберн.

Дэниел остановился у перекрестка, чтобы снова свериться с картой. Сделав еще один поворот, он вскоре подъехал ко второму перекрестку. Дерево оказалось именно там, где говорил Гант. Хэмптон уже почти доехал и ни разу не заплутал по пути. «Хоть что-то получилось легко», – подумал он. Когда грунтовая дорога пошла под уклон, на полу зашуршал сдвинувшийся портфель. Кора сказала, что так их договор будет казаться более официальным и похожим на настоящий. Но эта мысль пришла ей в голову только тогда, когда Дэниел уже собирался уезжать. Дурные предчувствия усилились. Слишком много событий происходило слишком быстро, и предусмотреть все подводные камни было невозможно. Но даже если они и предусмотрели всё, Дэниелу еще нужно убедить дочку Кларка, что он говорит правду. Он всегда гордился своей честностью, но теперь уже соврал Маллинсу и Ганту, хотя выглядел при этом, кажется, достаточно убедительно. Вот только изобразить скорбь у него не выходило.