Книга Возрождение, страница 65 – Элеонора Глин

После этого, я не спал всю ночь в тревожных мыслях и размышлениях о том, получит ли она мою записку достаточно скоро, чтобы придти.

Все снова и снова в моем воображении вставала картина — она, сидящая и рыдающая в комнате Буртона. Мой постыдный поступок был последней каплей. Буртон выказал порядочность, сочувствие и внимание, которые можно было ожидать с моей стороны. И подумать только, что ее заботит денежный вопрос и что она вынуждена была занять деньги у моего старого лакея — гораздо большего джентльмэна, чем я сам — что я ничем не могу быть ей полезен, не могу помочь ей никаким образом. Больше я не могу жить в этой постоянной тревоге; как только я почувствую, что между нами, хоть немного, восстановился мир, я попрошу ее стать моей женой, чтобы я мог дать ей все. Я скажу ей, что не жду от нее ничего и хочу только иметь право помогать ее семье и окружить ее покоем и довольством.

Воскресенье.

В одиннадцать часов утра в субботу я все еще был в постели. Меня очень рано навестил доктор и настоял, чтобы я пользовался полным покоем до понедельника. Поэтому Буртон пододвинул к моей кровати столик, на котором я разложил все мои бумаги и прочее. Он спросил меня, также, не может ли мисс Шарп, как только придет, ответить на несколько только что полученных писем.

— Буртон, может быть ей будет не совсем удобно оставаться со мною наедине. Не можете ли вы остаться в комнате, пока я диктую, под тем предлогом, что вам нужно убрать ящики.

— Очень хорошо, сэр Николай.

Когда он отвечает этими словами, я знаю что он не совсем согласен.

— Выкладывайте, что вы думаете, Буртон.

— Видите ли, сэр Николай, — он кашлянул, — мисс Шарп так понятлива, она сейчас же будет знать, что не похоже на то, чтобы ваши вещи были в беспорядке и что вы нарочно велели мне остаться. Ей может быть неловко…

— Может быть, вы правы, посмотрим как все сложится.

В этот момент я услышал шаги Алатеи в гостиной и Буртон вышел ей навстречу.

— Сэру Николаю сегодня очень плохо, мисс, доктор не позволил ему встать. Я думал, не будете ли вы так добры и не ответите ли на его письма, ему самому это слишком трудно, так как он не может сидеть, а у меня нет времени.

— Конечно, Буртон, — ответил ее мягкий голос.

— Большое спасибо, я уже приготовил стол и все, что нужно, — продолжал Буртон, — я рад, что вы выглядите лучше, мисс.

Я напряженно прислушивался. Мне казалось даже, что я слышу как она снимает шляпу, а когда она вошла в комнату и подошла ко мне, мое сердце билось так сильно, что я не мог громко говорить.

— Доброе утро, — сказал я вполголоса; она ответила также, а затем подошла к столу, ее милое личико было очень бледно и в опущенных уголках губ было что-то скорбное. Я заметил, что ее руки снова были не так красны.

— Здесь все письма, — указал я на сложенную стопку. — С вашей стороны будет очень любезно, если вы ответите на них теперь же.

Она брала по очереди каждое и молча протягивала мне, а я диктовал ответ. Сегодня утром я получил письмо от Сюзетты насчет виллы, но был в полной уверенности, что отложил его в сторону вместе с письмами Мориса и Дэзи Ривен так что не беспокоился об нем. Но вдруг, увидя, что щеки Алатеи внезапно покраснели и рот плотно сжался, я понял, что меня снова постигла насмешка судьбы и что в ее руки попало сиреневое, сильно надушенное послание Сюзетты. Она протянула его мне без единого слова.