Книга Первое прикосновение, страница 24 – Ванда Лаванда

— Как она себе представляет знакомство, учитывая, что в комнату свиданий нас вдвоем не пустят? — сказал Север ворчливо, забрал пакет и сел на свою койку, чтобы закончить разбор вещей. Если Эмили передала еще что-то провокационное, лучше это уничтожить сразу.

Крис тихо вздохнул и присел рядом. Он научился определять по тону, по резким рваным движениям, по еще миллиону маленьких признаков, когда с Томасом лучше говорить прямо, но мягко, чтобы не спровоцировать его агрессию. И это был один из таких моментов.

Все же Север был сложным по характеру человеком, и от состояния «я спокоен» до состояния «я сверну тебе шею» переходил в считанные секунды. Кристофер, конечно, больше ни разу не был объектом для физического вымещения его гнева. За вывихнутое плечо Томас все еще порой извинялся, а после особенно бурных ночей, весь день следил за ним коршуном, боясь, что сделал больно, навредил.

Но одно дело проявлять злость физически, а другое — психологически. Кричать, ругаться и ссориться они полностью не перестали. И если Север следил за своей грубостью в плане рукоприкладства, то Крис взял на себя ответственность за качество коммуникации в их паре. Поэтому, как только у Томаса портилось настроение, Кристофер превращался в тактичного и супертерпеливого бойфренда. Он не велся на грубости или провокации Севера, а гибко подстраивался под его стиль общения, сглаживая острые углы.

— Я не в претензии, Томас. Просто мы вместе уже больше полугода, а я до сих пор почти ничего не знаю о твоей семье. Я говорю не об Эмили и Шарлотте, а о твоих родителях, например…

— Я тоже о твоей семье ничего не знаю, — парировал Север, не поднимая головы.

— Ты — моя семья, — пожал плечами Кристофер. Времени, чтобы смириться с предательством матери, у него было достаточно. И он потратил достаточно сил, чтобы выплеснуть обиду в письмах, а потом, порвав их на мелкие кусочки, спустить в унитаз. Разводить огонь тут не разрешалось. — И, если бы я мог стать частью твоей семьи, было бы здорово. Для меня это очень важно. Но если я прошу слишком многого или тороплюсь, то…

— Нет, все нормально. Я подумаю о том, как это сделать, — Север протянул руку и погладил Кристофера по бедру. — И прости, я не хотел наступать на больную мозоль.

Крис прильнул к нему, игнорируя рассыпавшиеся по полу вещи, которые передала Эмили. Он положил ладони на плечи Севера, слегка погладил по ткани оранжевого комбинезона. Потом руки поднялись выше, на голую шею, приласкали чувствительное место за мочкой уха. Кристофер подался к Томасу всем телом, чтобы прижаться к его губам с нежным поцелуем.

— Хэй, снимите себе комнату, — фыркнул Майлз, заглядывая к ним в камеру.

Постоянное отсутствие приватности было привычным. Поэтому Крис неторопливо отстранился от Севера, который продолжал гладить спину своего любимого, и обернулся в сторону входа.

— Так мы уже, — Кристофер развел руками, показывая, что это, вообще-то, их помещение.

Майлз усмехнулся, показал парню большой палец, а потом перевел взгляд на Севера. После всего произошедшего в тюрьме, после нападения на Криса, после помощи Майлза, парни стали довольно близкими друзьями. Чернокожий мужчина приглядывал за Крисом даже теперь, когда в этом не было особой необходимости. И, словно названный старший брат, а настоящего у Кристофера никогда не было, он решил, что обязан научить мелкого сносно играть в баскетбол. У Криса получалось не очень, но время, проведенное на спортивной площадке, всегда было веселым.