Книга В СССР геев не было!, страница 126 – Ванда Лаванда

— А что, сами они не справятся?! – Ярослав состроил страдальческое выражение лица.

— Боже, Слава, он ест хризантемы! – воскликнула Аня вместо ответа.

И на самом деле на фоне Славы стоял Дима в стороне от детей. Он, похоже, не смог протиснуться к учительнице и вручить ей букет, и поэтому решил попробовать, какие на вкус белые лепестки у цветка. Дима сосредоточенно отрывал два-три листочка и засовывал их себе в рот. И, не успев прожевать или выплюнуть, отрывал новые и снова пробовал. Ярослав, сдержав ругательства, быстро подошел к сыну, отнял букет, наклонился и зашептал ему что-то на ухо. Дима слегка покраснел, огляделся по сторонам, особенно задержав взгляд на девочках, а потом кивнул. Отец вернул ему цветы и помог добраться до Тамары Игоревны.

— Здравствуйте! – бойко и громко сказал Дима, протягивая букет. – Спасибо, что будете нас учить и сделаете из нас человеков!

В классе раздался хохот, и настала очередь Ярослава краснеть. На этом видео заканчивалось.

1987 г., лето

Папка «Лето-87. На речке»

Включить воспроизведение.

— Ну, можно я теперь поснимаю?! – попросил девятилетний Женя, прыгая где-то за кадром.

— Ты камеру в песок уронишь, а она дорогая, – строго отказала мама, как раз которую и снимал Ярослав.

Аня сидела на расстеленном на земле полотенце вместе с малышкой Ирой и вытаскивала из сумки игрушки. Дима стоял рядом с ними и брезгливо трогал голыми ступнями песок. Ощущения ему явно не нравились.

— Он горячий и колючий, – пожаловался Дима, обуваясь обратно.

— Ничего не колючий. Просто ты не привык. Переоденешься, искупаешься и будет приятно постоять на теплом песке! – ответила мама.

— Но я есть хочу! – стал канючить Дима. – Ты обещала, что мы на речке пообедаем.

— Еще рано, мы же только приехали.

— А я хочу поснимать! – встрял в разговор Женя, войдя в кадр, перекрыв собой весь остальной вид.

— Ты обещала, – продолжил ныть Дима.

— Патка! – вдруг зарыдала двухлетняя Ира, отнимая у матери свою желтую лопатку, которой она начала набирать в ведерко песок.

— А, стоп! Хватит! – зарычал Ярослав и видео прервалось.

Когда видеозапись включили снова, прошло уже достаточно много времени. Тени стали длиннее, время близилось к вечеру. Возле полотенца был построен небольшой замок из песка, украшенный веточками и травой. Ира убегала от Жени, который пытался облить ее водой из ведерка, а Дима заканчивал есть огурец. Аня, с аккуратно заплетенными и спрятанными под косынку волосами, собирала оставшееся после обеда обратно в сумку.

— Ты красивая! – сказал Ярослав.

Аня обернулась, смущенно улыбнулась и поправила платье. А Дима сморщился, будто бы ел не середину сочного огурца, а горькую жопку.

— Ой, папа, ну оставь ты эти нежности… Это странно!

— Нет, Дима, это правильно, – улыбнулась мама и потрепала сына по волосам. – Папа у вас тоже очень красивый и заботливый. А еще он научит вас плавать, когда вы отдохнете после еды, а я вас поснимаю.

Через мгновение на экране уже был урок по плаванью. Загорелый Ярослав стоял по пояс в воде и по очереди поддерживал сыновей, объясняя, как нужно держаться над водой, как грести руками и работать ногами. Они стояли далеко от Ани с камерой, их было не слышно, но хорошо видно. Наверное, она использовала приближение.

Женя освоился довольно быстро, особенно хорошо у него получалось лежать на спине. А вот Дима пугался, стоило ему немного уйти под воду, начинал барахтаться, поднимая тучу брызг. Ярослав вылавливал его, ставил на ноги и начинал объяснения с начала. А потом отец решил показать, как нужно плавать на собственном примере. Он погрозил им пальцем, велев оставаться на мелкоте, а сам, нырнув, проплыл несколько метров от берега, вынырнул и поплыл брассом. Сыновья завороженно смотрели на него. Старший Смирнитский доплыл где-то до середины реки, развернулся и поплыл обратно. После чего продолжил урок.