Книга Бездипломная помощница. Ищу работу!, страница 4 – Нина Левина

— Тем более! Тильда будет под моей надёжной защитой! — воскликнул Стэн с горячностью.

Уверена, что в мечтах он уже спит со мной под одной крышей, где от моих прекрасных ног его отделяет лишь тонкая перегородка стены.

— Как мило с твоей стороны, Стэн! — матушка прижала руки к груди. — Илезар воспитал хорошего, заботливого младшего брата. Я буду спать спокойно, зная, что в Арканополе Тильда под твоей надёжной защитой.

Моя бедная матушка! Если бы она знала, как я планирую обойти «надёжную защиту». Теперь, когда я обзавелась помощником, в Арканополе меня ждёт много интересных дел! И уж торговля яблоками к ним точно не относится!

Спустя четыре дня после выезда из Бримбера мы наконец-то достигли Арканополя. Святые эльфы! Я уж думала, что мы никогда до него не доберёмся. А всё благодаря заморышной кобыле, запряжённой в повозку с яблоками, и Стэну. Не знаю точно, у кого в Бримбере матушка выпросила это животное (я имею в виду кобылу), видимо, уже сильно повидавшее жизнь. Кобыла брела, медленно переставляя копыта, и с философским видом созерцала проплывающие мимо пейзажи. Иногда она внезапно засыпала, падала на ноги прямо посреди дороги и минут пятнадцать не реагировала на понукания. Тут даже магия была бессильна. Но кобыла каждый раз возвращалась из благостного сна в реальный мир, вскакивала на ноги и продолжала свой бренный путь измученного жизнью философа.

А что касается Стэна… Тролль бы побрал этого красавчика, впервые в жизни выбравшегося за пределы Бримбера! С самого рождения воспитанием Стэна занимался его старший брат. Пятнадцатилетний Илезар заменил Стэну и мать, умершую сразу после родов, и отца, скончавшегося от лихорадки через два месяца после смерти жены. Илезар Олифсон очень любил младшего брата и оберегал от любых трудностей. Поэтому к двадцати двум годам Стэн вырос здоровенным добрым красавчиком, но при этом наивным, как новорожденный телок.

В Бримбере Стэн не был разбалован женским обществом. Да и откуда в нашей захудалой деревушке взяться приличному женскому обществу? Кроме меня и моей матушки и глянуть-то больше не на кого! Стэн был обречён влюбиться в меня без памяти. А заглянув мне под юбку и увидев мои ножки (и кое-что повыше), вообще не мог не потерять свой девственный рассудок. Несколько дней, пока мы готовились к поездке в Арканополь, Стэн ходил за мной по пятам, томно вздыхал и прижимал руки к груди (своей, конечно!).

Но стоило нам выехать из Бримбера и остановиться на ночлег в первом постоялом дворе, как я поняла, что незапятнанная репутация Стэна в серьёзной опасности. Он сходу завоевал популярность среди хозяек постоялых дворов, их дочек и служанок. Вероятно, на фоне привычных клиентов, хмурых бородатых мужиков, воняющих луком и кислым элем, Стэн выглядел как принц эльфов, сошедший с дешёвой гравюры. При виде высокого голубоглазого красавца с русыми локонами до плеч и свежим румянцем на щеках с ямочками, женщины всех возрастов сперва немели, потом слащавыми голосами интересовались, нужна ли «молодым супругам» комната, и как только узнавали, что мы не супруги, шли в атаку на Стэна. В ход пускались всевозможные женские уловки и хитрости, лишь бы привлечь внимание моего спутника.

Женщины одаривали Стэна приторными улыбочками, медленно поворачивались к нему задом, стараясь задеть юбкой, наполняли кружку, старательно наклоняясь и демонстрируя сокровища, выпирающие из декольте, вызывались лично проводить его в комнату, по дороге обязательно спотыкались, чтобы нечаянно упасть к нему в объятия. В общем, вели себя омерзительно вызывающе и всячески нарывались на то, чтобы я психанула и превратила их в жаб или улиток. К концу нашей поездки я стала уверенной женоненавистницей и дала себе слово не вести себя так же перед Кайлумом Златокруком.