Книга Юмор лечит. Новые смешные рассказы о жизни, страница 32 – Нина Левина, Вера Прокопчук, Марат Валеев, и др.

На следующее утро бабушка сработала на опережение и поставила перед дедом тарелку заваренной в кипятке пресной овсянки с черносливом.

Он печально, с несчастным видом запихнул в себя несколько ложек безвкусной каши и принялся пить чай.

— Ну, к чаю обычно прилагается бутербродик! – сказал дед и как-то незаметно проглотил четыре бутерброда с сыром, маслом и колбасой.

Бабушка в этот момент случайно отвлеклась и очнулась, когда дедушка уже дожевывал последний бутер.

— Иван Семеныч! – вздохнув, сказала она. – Я же тебе овсянки диетической сделала, а ты бутерброды тоннами ешь. Так же похудеть не получится. А совсем наоборот. Мы же тебя после таких каникул через калитку не протащим. Застрянешь, как Винни-Пух. Я уже не говорю о том, как это скажется на твоем здоровье!

Дедушка тяжело вздохнул.

— Да я и сам понимаю. Я постараюсь.

Весь остаток дня дед держался. Жевал листовые салатики, которые ему подсовывали мама с бабушкой, и пил травяные чаи.

Вечером бабушка с мамой и тетей о чем-то шептались на кухне, а утром объявили, что они тоже решили сбросить пару лишних кило, и с этого дня все садятся на одну диету вместе с дедом. Даже я, будучи ребенком, смекнул тогда, что они просто решили по-семейному поддержать дедушку, ведь ему было совсем нелегко одному давиться пресной кашей, когда все вокруг поедают разносолы.

И началась тоска зеленая. С тех пор на обед у нас были пресные овощные супы и салаты. Больше на столе не появлялось никаких пирожков и сладостей. Мы с братьями и сестрами быстро нашли выход из ситуации: стали напрашиваться почаще в поселковый магазин за гречкой или солью и покупали на сдачу всяких вкусняшек. По дороге домой мы успевали уничтожить и переварить следы преступления, чтоб не дразнить наших худеющих родителей.

В нашем семейном самоваре теперь грелся несладкий травяной чай, а на десерт предлагались только фрукты. Никаких пряников и конфет. Печальная печаль.

Моя мама решила подойти к похудению с умом и принялась изучать информацию про всякие там системы питания и диеты. И началось у нас самое интересное.

Сперва она нарыла какую-то цветную диету. Смысл в том, что сегодня ты ешь, например, все только красное, завтра – все только зеленое, послезавтра – все белое, и так, пока не закончатся цвета. А потом заново, если доживешь до второго круга.

Нам, детям, эта затея показалась очень интересной. Это было похоже на какую-то игру, челлендж. Мы попросились тоже принять участие в этом безумии, когда узнали, что первый съедобный цвет – белый.

— Я буду целый день есть только одно мороженое! Мечта сбылась! – кричал радостно мой младший брат.

И Белый день начался. Рисовая каша, зефир, мороженое, молоко, творог, куриная грудка без подливы и салата, капуста без всего, макароны без соуса… Бледная печаль.

— Хорошо, что завтра зеленый день, – сказал дед, – а то так огурчика хочется.

Мы, дети, уже не захотели принимать участие в Зеленом дне, и я без конца мучил взрослых вопросом:

— Вот арбуз – его едят в зеленый или в красный день?

Все пожимали плечами и продолжали жевать зелень.

— Мне кажется, я скоро заквакаю, – сказала бабушка, – от зеленого уже тошнит. Белый день мне понравился больше.

— Ничего, завтра красный, – утешала ее мама, – можно есть помидоры, клубнику и говядину.