Книга Тайна тевтонского замка, страница 25 – Нина Левина

В московскую квартиру Маша прибыла поздно вечером. Поставила машину Кирилла во дворе, забрала из неё сумочку и быстро поднялась на пятый этаж, радуясь, что своим видом в махровом халате и туфлях на каблуках не привела в недоумение никого из соседей. Постояла немного перед закрытой дверью, с опаской прислушиваясь к звукам из-за неё, потом решительно вошла внутрь и бросилась везде включать свет, боясь остаться в темноте. Яркое освещение и привычная обстановка вокруг подействовали расслабляюще, и Маша наконец дала волю слезам, бросившись на кровать лицом в подушку. Она рыдала о своей несчастной судьбе, вспоминала Трошкина, Игорька и содрогалась при мысли о Кирилле, чуть не убившем её сегодня.

«Это какое-то проклятье! — думала Маша, всхлипывая. — Один хуже другого! Воронцова! Ага! Как же!» Она бросилась к сумочке, достала свидетельство о браке и ещё сильнее залилась слезами. «Что мне теперь делать? Фамилию сменила, а где мой муж? И тот ли он, за кого себя выдавал? И почему я сразу не позвонила в полицию?» В смятении чувств Маша схватила телефон, но потом задумалась: «А что я скажу полицейским? Мой муж, по совместительству оберштурмфюрер СС из прошлого века, хотел меня убить, но вовремя появился рыцарь из девятнадцатого века. Он меня спас, мужа отправил в свой век к братьям-рыцарям, а сам остался предотвращать апокалипсис. Его зовут Готтлиб фон Зальм. Не верите? Поедемте, он сейчас находится в арендованном загородном особняке и всё вам подтвердит». Маша представила, какие лица будут у оперативников, когда она им расскажет подобную историю, и рассмеялась сквозь слёзы. Смех снял напряжение, и Маша вспомнила, что с утра ничего не ела. Чашка крепкого душистого чая и бутерброды с сыром вернули ей способность трезво мыслить, и она начала складывать в уме кусочки мозаики.

Через час раздумий Маша поняла, что ей недостаёт одной очень важной составляющей. Она взглянула на часы — половина первого ночи, самое время обратиться за помощью к старому знакомому — русскому немцу Александру Рютте, проживающему в Бранденбурге. Они познакомились пять лет назад, когда шеф отправил Машу на международный семинар рекламщиков, проходящий в Берлине. Благодаря Александру, поездка получилась познавательно-развлекательной. Он годился Маше в отцы и совершенно по-дружески водил её по достопримечательностям города, угощал пивом и настоящими фермерскими сосисками, а взамен просил лишь рассказов о современной Москве. О городе, в котором провёл безоблачное детство, пока не уехал с родителями в Германию.

После возвращения домой Маша поддерживала с Александром контакт, регулярно поздравляя с Днём Рождения и Рождеством. Иногда они созванивались и болтали о пустяках либо консультировались по рабочим вопросам. Александр был «совой». Человеком, работающим по ночам и отсыпающимся днём. Сперва Машу пугали его звонки среди ночи, а потом она привыкла и сама подстраивалась под его ритм жизни. На всякий случай она убедилась, что у Александра светится статус «в сети», и нажала вызов.

— Привет, Маша! Слушаю! — В трубке послышался бодрый голос.

— Привет, Саша! Как дела? Ты не очень занят? — из вежливости поинтересовалась Маша. Она была с ним на «ты», несмотря на большую разницу в возрасте. Александр настоял на этом в первый же день знакомства.