Книга Тайна тевтонского замка, страница 15 – Нина Левина

Вероятно, так и продолжалось бы годами, и Маша окончательно превратилась бы в безвольное, запуганное существо, но однажды Трошкин велел ей подать в спальню фрукты и вино, когда развлекался там с пышнотелой блондинкой. Стоило Маше открыть дверь и взглянуть на представшую перед глазами картину, как в голове у неё что-то щёлкнуло и замкнулось. Она аккуратно поставила приготовленный поднос на столик у кровати, потом взяла в руку бутылку вина и со всего маху обрушила её на голову Трошкина. К его счастью, он успел увернуться в последний момент, и бутылка разлетелась вдребезги, ударившись о кованое изголовье кровати. Красное вино весело брызнуло во все стороны, блондинка истошно завизжала, и Маша буквально впихнула в накрашенный рот сочный персик.

— Ты спятила? — заорал вскочивший с кровати муж, но прилетевший в лоб хрустальный бокал заставил его взреветь от боли. — Убью!!!

Может быть, в другое время Машу испугала бы эта угроза, но не сейчас. Словно вызревший за два мучительных года, мощный торнадо вырвался из неё наружу и теперь крушил и ломал всё подряд, заставляя в страхе метаться по комнате двух голых людей.

— Во-он!!! — кричала Маша, швыряясь в блондинку и Трошкина фруктами.

Потом в ход пошли тяжёлая ваза и торшер, за ними — подсвечники и картина со стены. Этого Маше показалось мало, и она рванула на кухню за тарелками. Трошкин с блондинкой воспользовались передышкой и закрылись в спальне. Вернувшись с посудой, Маша тщетно пыталась выбить дверь плечом.

— Откройте! — требовала она, но в ответ слышала брань мужа и всхлипывания его пассии.

Маша побуянила ещё около получаса, перебила о дверь всю кухонную утварь, потом достала из кладовки большой чемодан, побросала в него свои пожитки, в сумочку кинула телефон, паспорт и все деньги, какие нашла в кармане пиджака Трошкина. Напоследок, гордо покидая «семейное гнёздышко», она изо всей силы хлопнула входной дверью и удовлетворённо улыбнулась, услышав позади звук бьющегося зеркала.

Тогда её приютила Лена. Долго сочувствовала, не скупясь на выражения в адрес Трошкина, а потом хохотала, выслушав повествование до конца. Вместе с Машей она съездила в её родную деревню, помогла продать домик с участком, доставшийся по наследству от мамы, и перевезти вещи в Москву. Нечего было даже думать, чтобы купить квартиру в столице за ту жалкую сумму, что удалось выручить от продажи дома. Но Маша привезла из деревни несколько старинных вещиц, доставшихся ей от бабушки по линии отца — серебряную табакерку с дарственной надписью какой-то графини, иконку в окладе и круглую тёмную подвеску. С помощью Лены удалось выгодно продать табакерку и иконку. Денег хватило на покупку комфортной однушки и даже немного отложить на «чёрный день». В оценке круглой подвески скупщики старины разошлись во мнениях — одни считали, что это ничего не стоящая безделушка, другие утверждали, что вещь старинная, но требующая более тщательной экспертизы. Маша решила спрятать её до поры до времени в арендованный банковский сейф вместе с деньгами и документами.

Лена помогла ей устроиться на испытательный срок в рекламную компанию, где работала сама, и Маша с удивлением поняла, что никто из коллег, а уж тем более строгий шеф Геннадий Викторович не собирается «пускать её по кругу». Он был требовательным руководителем, но к хорошим работникам относился с уважением. С Трошкиным Маша больше не общалась, только встречалась с его юристом для подписания документов о разводе. Долго жалела впоследствии, что не сообразила сразу вернуть свою девичью фамилию, но смирилась с этим и продолжала жить Трошкиной, втайне мечтая о новом, более счастливом замужестве.