Книга Тайна тевтонского замка, страница 132 – Нина Левина

— Мария, а ты случаем не на пилота самолёта училась? — раз спросил он Машу, когда они отъехали от пограничного латвийского пункта, и машина набрала скорость.

— Сожалею, что нет, — ответила женщина, обгоняя очередной автомобиль.

— Послушницы так себя на дорогах не ведут, — попытался образумить её батюшка.

— У послушниц никто любимых мужей не приносит в жертву, — ответила Маша и добавила: — Можно подумать, вы всё знаете о послушницах.

Она мельком взглянула на серое бесформенное платье, достающее до пят, в которое пришлось облачиться, согласно принятой легенде, для быстрого пересечения латвийской границы. Со стороны российской, как полковник и обещал, всё прошло как по маслу. Он оказался прав — на пропускном пункте Евросоюза к ним отнеслись с большим уважением и не чинили препятствий, стоило лишь предъявить официально оформленное приглашение из… Ватикана, предоставленное им Титовым. Как ему удалось получить бумагу подобного рода, да ещё и в кратчайшие сроки — осталось тайной полковника и его ведомства. Согласно этому документу, составленному на нескольких языках, отца Леонида ожидали на приём к самому Папе утром следующего дня, поэтому любое промедление могло вызвать скандал и недовольство Святейшей особы. К приглашению прилагалась нижайшая просьба привезти старинную трубу из церкви Архангела Михаила для ознакомления с ней нунция, занимающегося написанием истории Тевтонского ордена. Сопровождала же отца Леонида в качестве помощницы и личного водителя послушница Мария, которую игуменья Руфина снабдила всеми необходимыми документами и подобающим одеянием. На вполне резонный вопрос офицера, почему священник не воспользовался авиаперелётом в Рим, отец Леонид закатил глаза и пожаловался на свою паническую боязнь самолётов. Больше вопросов не возникло, и Маша со священником без проволочек въехали на территорию Евросоюза.

Вскоре отец Леонид смирился с Машиной манерой вождения и, не имея возможности повлиять на неё, устроился поудобнее и задремал, иногда громко всхрапывая. Женщина даже была этому рада, так как никто не ворчал на неё и не докучал дорожными разговорами. Появилось время всё хорошенько обдумать. Маша пока ещё не представляла себе, как они будут действовать, добравшись до крепости. Вначале она думала, что стоит заявить в польскую полицию о готовящейся в Мальборке акции, но Титов не одобрил это предложение. «У вас нет ни малейших доказательств, а история, которую вы расскажете, вызовет неоднозначную реакцию. В лучшем случае — над вами просто посмеются и выставят вон, а в худшем — задержат как провокаторов или людей, отвлекающих силовиков от работы, — сказал он. — Пока вы в дороге, у меня будет несколько часов, чтобы выйти на кого-нибудь из наших агентов, работающих в районе Мальборка, и мобилизовать их для вашей подстраховки на месте. А вы постарайтесь не привлекать к себе лишнего внимания и действовать по обстоятельствам. Главное — не лезьте на рожон и берегите трубу Архангела. Это единственное средство, способное остановить апокалипсис».

Хорошо говорить полковнику — действовать по обстоятельствам и не привлекать к себе внимания. А как же поиски Готтлиба? Маша нахмурилась. Неужели она сможет сидеть сложа руки, пока где-то там, за высокими стенами замка, её любимого мужчину приносят в жертву? Только бы прибыть вовремя, а уж Маша сделает всё возможное, чтобы отыскать его! Она невольно покосилась на небо — вдруг они с отцом Леонидом опоздали и апокалипсис уже начинается? Но нет, в нежно-голубой высоте безмятежно плыли белые одинокие облачка, птицы носились по своим делам, и ничто в окружающем пейзаже не напоминало о приближающейся катастрофе.