Книга Другая жизнь, страница 80 – Юлия Чеснокова

— Эти леди – четыре её дочери. Ивана, Лерра, Дана и Вития.

Из трёх было почти непонятно, кто из них старшая, потому что женщины были близки по возрасту, друг к другу, и внешне не сильно отличались: каштановые локоны забраны в высокий хвост, переплетённый лентами с какими-то непонятными амулетами, загорелая кожа, подкаченные и натренированные фигуры, сандалии. Если не присматриваться, то, увидев их в следующий раз, можно было не вспомнить, кто из них кто. Зато младшая – Вития, резко отличалась. Ей было за двадцать, может быть, двадцать пять, её волосы приятного орехового цвета были распущены, они были удивительной густоты и тяжёлыми волнами окружали её плечи и спину. На ней не было ни мехов, ни шкур, она смотрела умными синими глазами, в которых отражалась необычайная серьёзность, хотя на губах и скользила улыбка. Помимо дочерей, у Лины ещё были сыновья, но она никогда не вывозила их с собой, считая недостойными повидать мир и развеяться.

— А это дочери Иваны, Жуна и Рэйка. – Бетти закончила официальную часть, поднялась с трона, которым являлось просторное высокое кресло, и сразу же переключилась на болтовню со своими фрейлинами и царевнами Амазонки. К Беллоне подоспела Энжел с Альеной и Рионой, предложив поближе познакомить её с внучками царицы.

— Жуна моя ровесница, а Рэйке только четырнадцать, тебе понравится их компания! Пошли!

У принцессы Феира в глазах рябило от окружавшего её женского царства. В связи с дебютом в свете и соответствующими, последующими изменениями в её жизни, Беллона привыкла, что рядом всегда находился какой-нибудь представитель сильного пола, а тут одни мадам и мадмуазель, и в таких количествах! Девушка отказалась от знакомства, сославшись на сильную слабость. Она не привыкла к такой жаре и хочет отдохнуть. Энжел уступила, однако в её хитрой ухмылке было видно, что она не поверила, но подумала что-то не то, хоть и порадовавшее её саму.

Беллона взяла за руку Габи и повела с собой, не отдав никаких распоряжений остальным фрейлинам и предоставив их самим себе. Ей не терпелось поделиться всем произошедшим, а с остальными девушками она пока была не настолько близка, чтобы довериться их ушам. Добравшись до опочивальни, закрывшись там и едва присев, принцесса выложила всё, как было, без подробностей, но довольно-таки эмоционально. Единственной и первой фразой, которая вырвалась у виконтессы после услышанного, была следующая:

— Тьфу ты, а я, дура, сдержалась и сохранила верность Сториану! – После этого настала очередь удивиться Беллоне, слушая рассказ подруги, как и полагается, со всеми деталями и мелочами, которые только охватило зрение Габриэль, её слух и осязание. Но в первую очередь всё-таки зрение.

— Нет, Габи, ты молодец. Ты правильно поступила. Нужно знать себе цену, а не размениваться так глупо, как я, – принцесса печально качала головой.

— Цену себе знают те, кто часто её называет! – тормошилась виконтесса. Как же так? Она лишила себя удовольствий и радостей плотских, а её младшая подруга отлично размялась перед обедом. Нехорошо…

— Где ты набралась таких пошлостей и гаденьких крылатых фраз?

— Услышала от Эрилы.

— Кого?

— Неважно. Слушай, может ещё не всё потеряно? Может, попросим у Энжел разрешения, возьмём экипаж, нарядимся по высшему классу. До Вормона меньше часа!