Книга Другая жизнь, страница 39 – Юлия Чеснокова

— Белл, извини за грубость. Мы не собираемся силой заставить тебя выйти замуж, если того не потребуют крайние обстоятельства. В любом случае, не в нашей власти приказать тебе полюбить кого-либо. Я и твоя мать не будем торопиться ещё некоторое время, но в отношении Ричарда я даю тебе эту ночь – обдумай всё тщательно и завтра за утренней трапезой дашь нам свой ответ. Когда будешь размышлять, прими к сведению одну важную деталь – ты очень понравилась наследнику Медео и пришлась по душе его родителям. Насколько я разбираюсь в людях, Ричард стал бы заботливым мужем, не требующим чего-то сверхъестественного. Он внимателен и терпелив. И, по-моему, он начинает любить тебя…

Беллона встала, сделала реверанс в знак уважения и солидарности, и удалилась. Пока она шла по коридорам и помещениям, заполненным придворными, дворянами с голубой кровью и правителями, с поистине великой родословной, по девушке нельзя было сказать, что она хоть чуточку волнуется или испытывает какие-то потрясения. Принцесса спокойно шагала, мило улыбаясь и здороваясь. Дошла до распахнутых дверей в главный торжественный зал и застыла перед входом, оставшись в тени крайней колонны, первой из бесконечно длинного ряда. Там, в центре, при свете тысяч свечей и дополнительно вставленных в железные подставки факелов, продолжали танцевать, кружиться, выполнять сложные па люди, разные, но кем бы они не были, они, всё же, были людьми, ни чем, по сути и строению, не отличавшимися друг от друга. Так зачем же они оговаривали, вредили, плели интриги, портили жизнь? Вторая Минерва! Да, принцесса интересовалась судьбой и жизнью женщины, как-никак, она была её родной тётей, но если она и собиралась кому-то подражать, то уж точно не ей, для этого у неё вчера был выбран другой объект. Куда более значительный и важный для неё.

Среди пар Беллона выхватила взглядом Виталия Дьюса. К её удивлению, слабому, но всё же немного встряхнувшему девушку, он плясал рука об руку с Матильдой фон Даберлёф. Они оба лучезарно смотрели друг другу в глаза. Он при этом ослеплял своим чарующим оскалом хищника, а она завораживала застывшей соблазнительной ухмылкой. Так вот какова цена дружбы императора? Не прошло и получаса после его заверений в лучших к ней чувствах, как он точно так же любезничает с её фрейлиной, которую она не любила настолько, что не скрывала этого. Беллона уже не в состоянии была продолжительное время оставаться в уравновешенном состоянии и склонила голову, прислонившись лбом к холодному мрамору. Он слегка освежил её и придал сил для того, чтобы достойно и с высоко поднятой головой покинуть бал. В эту минуту к ней подоспела Энжел с одной из своих телохранительниц.

— Я заметила тебя издалека. Мне показалось, что ты неважно себя чувствуешь? Уж не заболела ли ты, простудившись на местных сквозняках?

— Нет, Энжи, спасибо за беспокойство, но я здорова. Просто мне наскучило всё это, и я решила удалиться.

— Ты почти впервые в жизни на подобных праздниках, а тебе уже скучно? Вот ненормальная! А как же повеселиться до самого рассвета? Как же почувствовать настоящий вкус праздника и удовольствия?

— Всего этого я ещё успею вдоволь получить. А пока, тут, я испытываю дискомфорт, как будто не в своей тарелке. Как будто, против меня что-то задумано. Помнишь, как тогда, на Феире? Я рассказывала тебе о покушениях.