Книга Другая жизнь, страница 119 – Юлия Чеснокова

Немного оживившаяся принцесса вошла в столовую, как ни в чём не бывало. Она не стала говорить о столкновении характеров с братом, об открытии, что у Сториана МакДжойна есть постоянная любовница (да и была ли она единственной?). Беллона окинула взглядом всех присутствовавших девушек. Мария, раньше служившая единственной отдушиной в неурядицах дочери короля, теперь отошла на второй план из-за своей пуританской сдержанности и строгости. Ей непременно нужно было всё рассказать, но позже, когда Беллона будет готова выдержать её осуждающий взор и упрёки. А сейчас выбор пал на Аделину Итали. Она была степенной, в меру религиозной, воспитанной и умной. Она вызывала доверие. Даже если она не могла понять чьего-то поведения и поступка, маркиза не осуждала, а пыталась до конца войти в положение этого человека. Именно это качество Беллона ценила в ней больше всего и именно из-за него она хотела подружиться с ней, как можно ближе. Но для того, чтобы завязать крепкую дружбу, времени уже не было, а помощь нужна была сейчас, в эти несколько дней, пока рыцари на Феире.

После ужина принцесса попросила Аделину остаться у неё для долгого и серьёзного разговора. Та повиновалась, и они просидели почти до рассвета на кровати, болтая о том и о сём. Беллона знала, что если открыть душу перед маркизой, та не останется глуха к просьбе о помощи. И она рассказала ей всё целиком и полностью о своей любви к сэру Дереку, о каждой их встречи, каждом слове, которое хранила в памяти, каждом взгляде. Аделина ещё никогда не любила, но, в отличие от Робина, не зарекалась и согласилась помочь.

Глава XXII

Сёстры Итали оказались на удивление проворны и организованны. Аделина подговорила авантюрную Каролину, которая из любви к приключениям и уважения к принцессе, не спрашивая, что и зачем, принялась помогать добывать почтовых голубей. Вечером двенадцатого числа она попросила аудиенции у королевы и, пустив слезу, попросила у той такую птицу, чтобы иметь возможность, как можно чаще, слать весточку своим матушке и папеньке. Веста была растроганна до глубины души. Она обнимала девушку, успокаивала её, и обещала сделать всё возможное, чтобы та чувствовала себя как можно комфортнее в разлуке с близкими. Королева подарила ей одного из своих лучших голубей, из тех, что сохранили остатки древних таинственных, мистических умений чутьём определять, куда их посылают и к кому надо лететь, белоснежного, с мягкими крыльями, которые он послушно складывал, как только попадал в руки, а потом распахивал, в поиске цели, которую ему предстояло достичь. Но погода складывалась не лётная и дождь, который заладил лить круглые сутки, сбил все планы. Время шло, а надеяться, что при такой сырости чернила в записке не расплывутся, было безумием.

Наконец, на утро третьего дня, проснувшись, Беллона увидела за окном ясное небо. Ярко светило солнце. Накинув домашний халат самого тонкого бархата, и подвязав его поясом под грудью, девушка поспешила в соседние со своими апартаменты, в которых расположились сёстры. К счастью, Аделина имела такую же, что и принцесса, привычку вставать ни свет ни заря. Она открыла двери и впустила госпожу в комнату. Каролина ещё спала беззаботным сном с расслабленной улыбкой на лице. У изголовья её кровати стояла клетка с голубем. Беллона осторожно вытащила птицу и ласково погладила по маленькой головке, которую та, поежившись, втянула в плечи. Это существо вызывало в принцессе самые нежные и тёплые чувства, потому что являлось посланником её любви. Она вытащила из кармана халата крошечный свёрнутый в трубочку листок, в котором заранее написала всё, что хотела. Прикрепив записку к лапке голубя, Беллона поцеловала его и, распахнув окно, выпустила туда. Больше от неё ничего не зависело, оставалось только ждать.