Книга Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника, страница 215 – Юлия Чеснокова

Выехав по дороге на выезд из Ордрада, Робин достиг того места, где более-менее приличный путь кончался, и начинались сельские ухабы. Прикинув, что солнце село именно в этом направлении, юноша успокоил себя, что находится в верном месте – на западной окраине города. В округе уже была почти полная темнота. Прямо и справа был лес, а по левой стороне шёл плетень, огораживающий пастбище. Оно было пустым, так как на приближающуюся зиму весь скот уже загнали по конюшням и коровникам. Никогда не считая себя трусом или слабаком, Робин признал, что ему становилось не по себе, и хотелось поскорее покинуть это место, где до горизонта не было ни единой живой души или хотя бы фонаря. С каждой минутой становилось всё более холодно и промозгло. Моросил мелкий дождь, который не мочил одежду, но ужасно раздражал. Когда Робину стало надоедать восседать на коне, словно безмолвная статуя, он сам себе сказал, что пробудет здесь ещё пять минут, а потом уедет, потому что, чёрт возьми, это уже становилось похоже на плохой розыгрыш. Именно тогда, чуть впереди по сельской дороге, мелькнула тень.

Она замерла поодаль от Робина и то и дело терялась в поле зрения молодого человека, сливаясь с контурами деревьев.

— Феирина?! – крикнул юноша, но вместо ответа тень всадницы повернулась к нему задом, и не спеша, двинулась вдоль пастбища. Не видя иного выхода, Робин тронул коня. Однако темп шага впереди идущего животного увеличивался. Молодой человек стал подгонять своё. Вскоре всадница перешла на галоп, что было почти самоубийственным, в такой темноте, однако Робин не стал раздумывать, и последовал примеру проводницы. Увидев, что другая лошадь готовится к прыжку через плетень, бывший принц стал настёгивать своего коня и спустя полминуты оба скакуна перемахнули изгородь, наконец, став притормаживать.

Всадница впереди медленно, но верно, привела его к крытому сеновалу, который располагался на противоположной лесу стороне огороженного поля. Неподалёку виднелась и тёмная ферма. Силуэт незнакомки спешился, и она приоткрыла большие двери в деревянное строение, куда запустила свою лошадь и зашла следом. Робин снова повторил её действия и, приглядевшись к мраку незнакомого помещения, разглядел висящую у входа лампу.

— Может быть, зажжём свет? – предложил он, хотя до конца так ещё и не уверился, что всё это время мчался именно за той, которую искал.

— Если не боишься сжечь всю солому… – услышал он знакомый ироничный голос, и, приняв ответ за согласие, достал кремень и через несколько секунд лампа озарила сеновал слабым освещением. Успокоившийся Робин снял её со стены и повесил на гвоздь, торчащий из столба, около самого большого завала снопов, высотой этажа в два. Свет упал на его спутницу и молодой человек заметил, что "Феирина" снова была в своей чёрной маске, хотя остальной наряд сменила.

— Так и не снимешь её? – поинтересовался Робин.

— Отчего же? – дёрнув за ленту, которая завязывалась на затылке, девушка открыла лицо; молодое, прекрасное, с точёными чертами и затмевающими всё огромными чёрными глазами. Но оно было совершенно незнакомым.

— Посмею спросить, а не снимешь ли ты всё остальное? – полу-шуткой, полу-правдой продолжил Робин, после чего сильно изумился, увидев, что незнакомка скинула с себя плащ и взялась за платье для верховой езды. - Твоё лицо мне ни о чём не сказало. Скажешь своё имя? – попытался остановить её молодой человек, не понимая, зачем он это делает. Но ему, действительно, стало не по себе от такой скорости событий. Он, конечно, надеялся на такое их развитие, но, в общем-то, приехал сюда и за информацией.