Книга Амазонка бросает вызов, страница 421 – Юлия Чеснокова

— А тебе оставили поесть? — между делом поинтересовалась Наён, будто не видя, что Чжинён купил не только мороженое. — А то я могла бы приготовить тебе обед, раз тебя одного оставили…

— Не стоит, я самостоятельный, — наконец, улыбнулся и Джуниор. Ему было смешно, что о нём попытались позаботиться, как о маленьком мальчике. — Я сам неплохо готовлю.

— Серьёзно? — хлопнула в ладоши Наён, развернувшись к нему. — Тогда я хочу это попробовать. Никогда не ела ничего, приготовленное руками мужчины.

— А как же в кафе? Повара часто именно они.

— Ой, ну я же не знаю, когда прихожу в кафе, кто именно у плиты стоит. Возможно, мне никогда не везло и я ела только от рук поварих. Угостишь? — присела школьница, расправив складки скромной юбочки. Верх — белая блузка, низ — от школьной формы.

— Ладно… Я и сам ещё не обедал. Тогда, пообедаем — потом чай, — кивнул Чжинён.

— Спасибо. Знаешь, так здорово, что тебя встретила, а то Дахён не выходит гулять, собирается с семьёй и братом куда-то отдыхать, мне одной так скучно… Впрочем, меня звали, но я предпочла остаться и готовиться к экзаменам. Но сам понимаешь, занятия — это одно, а вот даже пойти и прогуляться не с кем.

— У тебя вроде много подруг всегда было?

— Да, но многие разъехались. Август, что ты хочешь?

— Согласен. — Джуниор поставил тарелки и принялся греть еду. Так-то он считал, что неплохо готовит, но прежде это ели только он, мать с отцом, да друзья. А из неблизких знакомых его стряпнёй никто не питался. Вдруг Наён не понравится? Вдруг его хвалили только по дружбе?

Он налил острый рыбный суп, свой любимый, который как раз себе и приготовил ещё вчера. Пододвинул одну тарелку себе и, уткнувшись в неё, стараясь не смотреть, как принимается за трапезу Наён, стал работать ложкой.

— Очень вкусно, — прозвучало через некоторое время. Принимать хвалу в свою сторону Чжинён не умел вообще. Ему всегда казалось неправильным, когда мужчин за что-то хвалят. Парни должны делать всё хорошо, максимально, на сколько могут, и за это их благодарить никто не должен, ну, а комплименты внешности и характеру мужчины — это ниже их достоинства. Так всегда вразумлял его папа.

— Спасибо, — покраснев, пробормотал Чжинён.

После еды перешли к чаю. Наён делилась впечатлениями о посещении университета Корё, куда съездила на экскурсию, спрашивала об экзаменах, заставила Джуниора вспомнить события двухгодичной давности, и пока он воспроизводил это в памяти, действительно забыл о многом, что тревожило в последнее время. Вопросы и ответы всё лились и лились, Наён явно никуда не спешила и сама в сторону двери не смотрела. Когда же Джуниор подумал о том, что она не уходит, не смог выжать из себя никаких слов о том, что ей, возможно, пора. Ему это виделось некрасивым, неприличным, взять, да спросить человека, не хочет ли он вернуться к себе домой? После таких вопросов к нему в гости точно перестанут приходить. Поэтому оставалось только поддаться течению беседы, а она вылилась в просмотр фильма. На кухне сидеть стало жарко, даже кондиционер не спасал, а зал окнами смотрел на теневую сторону. В итоге, Наён только с титрами сама засобиралась домой, благодаря за обед, чай и отлично проведённое время.

На следующий день она позвонила в его дверь с каким-то самодельным чизкейком. Отказать в чае вновь не позволило воспитание. Чаепитие опять затянулось надолго.