Онлайн книга «Амазонка бросает вызов»
|
— Эй! — Всем швейцарам положены чаевые. Я взял свои. — Да чтоб тебя… — махнула я на него рукой и побрела в монастырь. — Телефонная будка работает круглосуточно, если что — заглядывай! — бросил он мне в спину. Ага, как же, буду я заглядывать! Чтобы вновь быть облапленной и… Впрочем, поцеловала я его сама. Дойдя до первой лестницы, ведущей вниз, я на миг притормозила и, шаловливо улыбнувшись, тронула кончиками пальцев свои губы, пахнущие летом и подсолнечником. Вкус не кружил голову, но пробуждал аппетит. А что? Было не так уж плохо. Понял, Ку Чжунэ? И без тебя найдутся те, с кем я себе что-то позволю! Ты думал, один такой будешь в моей жизни? Никогда. Ты думал, ты один будешь ветреный и гулящий? А вот фиг тебе. У меня теперь есть «звонок другу». Какому угодно другу, лишь бы был повод для звонка. День пронёсся как-то незаметно, в остальном мало отличаясь от предыдущего. После обеда я прилегла на кровать и, попытавшись сконцентрироваться на тех самых эрогенных зонах, которые рекомендовал развивать Чимин, вырубилась на целый час, разбуженная приходом Джоанны, которая успела сходить побиться палками с Самуэлем. О чём она начала рассказывать, как только заметила, что я открыла глаза. Ночное занятие с Чимином прошло ровно (в смысле, постельные темы были отложены или вовсе изжиты), на этот раз он тренировал мой слух, заставляя угадывать, с какой стороны раздаётся шорох, ориентироваться в темноте, не теряясь, не сбиваясь. Было ещё сложнее, чем чувствовать кожей! Акустика будто создавала иллюзию, и я делала шаг не в ту сторону, где шаркал ногой мой тренер. Это злило и расстраивало, я хотела стать и ночным способным бойцом тоже! Вместе с Верноном, Даниэлем, Джунхуэем и остальными. Из-за того, что в полдень перехватила сна, на кровати я лежала ворочаясь, то и дело укладываясь на спину и смотря в потолок. В голову лезло много мыслей, и о том, что осталось в Сеуле, и о том, что окружало меня здесь. С одной стороны, меня терзала история Заринэ о замужестве в двенадцать лет и бесправном положении женщин в ряде уголков земли. К её истории можно было добавить истории адептов — сколько несправедливости, сколько зла творится в мире! Мне ещё больше захотелось стать сильной и могущественной, исправить максимум недочётов, спасти максимум людей, подарить максимум свободы и счастья тем, кто их заслужил. Я понимала Чимина, но только для меня в приоритете были не женщины, а все обездоленные. Чем хуже мальчишки, остающиеся сиротами, или которые попадают под негативное влияние и вынуждены заниматься чем попало? Быстрее бы стать воином, присоединиться к золотым, делать что-то! «Что-то значимое» — ещё недавно не имеющее конкретики, теперь обозначилось. Я узнала точно, что имеет вес, что имеет значение, каким образом я смогу творить важное, а не бессмысленное. С другой стороны, я не могла выбросить из головы случайно оброненную в столовой фразу о том, что все знания, лекции о хрупких и беззащитных девчонках — коту под хвост. Что, если мы с Джоанной разрушим мировоззрение золотых и их идеальную, гармоничную структуру, где мужчины точно знают, что в них нуждаются, что без сильных, праведных и благородных, какими им необходимо быть, всё покатится под откос? Сынён раньше часто меня отчитывала за пацанство потому, что в испорченности мужчин винила феминисток, которые борются за свои привилегии, выбивают себе все возможности, качают права доводами из серии возгласов пятилетних детей «я сама!» и «я большая!». И что потом? Мужчины уступают, уступают, уступают… сжимаются, мельчают, становятся бабообразными, и в конце концов мужского в мужчинах не остаётся — оно всё перекочёвывает в женщин. Так рассуждала Сынён. Я же всегда противостояла ей, заявляя, что когда все права у мужчин — они превращаются в тиранов и моральных уродов. Вот, пожалуйста, подтверждением этому общество, из которого спасли Заринэ. Разве назовёшь тех мужчин настоящими мужчинами, хотя ни о каком феминизме там и речи не идёт? |