Книга Амазонка бросает вызов, страница 153 – Юлия Чеснокова

— Чимин.

Чжихё подсела к нам с тарелкой.

— Ты же не будешь себя так вести, когда я уеду, а? — посмотрела она на меня. — А то я и не уеду никуда.

— Намджун будет плакать, если ты останешься, — хихикнула Джинни.

— Намджун у меня получит, — беззлобно пообещала Чжихё, помахав в воздухе палочками, как боевыми копьями.

Вот как, меня притащил пьяную Чимин. Что ж, зять был прав, за мной было кому присмотреть. Пусть я и набралась, но меня доставили в целости и сохранности.

Оклемавшись, я нашла свой телефон, где плюс к непринятым звонкам было ещё и сообщение от Чжунэ: «Чё трубку не берёшь?». Я чувствовала, что где-то в душе скребёт тоска, обида, растекается разочарование, но выдыхающееся спиртное во мне пока что консервировало эмоции, притупляло реакцию. Я ползала по спальне черепашкой, собираясь в душ и ища трусы, носки, свежую майку. Ко мне возвращалось то моё упорство, вечное противостояние миру, когда хотелось быть свободной, сильной и независимой. Не ныть же и плакать я буду? Да, Чонгук потёрся с очень красивой девушкой, и неизвестно, до какой степени дотёрся. Паршиво, но не вешаться же? Что я могла сделать в этой ситуации, если не нравилась ему? Или даже нравилась, но он по каким-то причинам отвергал меня, как монах… Впрочем, монах бы и стриптизёршу отверг, нет? А кто сказал, что не отверг? Трогать-то ему девушек можно. Трогал меня на тренировках, так и Сане позволил посидеть на себе, а то, что они куда-то одновременно пропали — ни о чём не говорит. Увел её подальше, голую, от толпы мужчин. Блюститель нравственности. Херов. Я потёрла затылок, где бомкнуло и отпустило. Я подумала, что примерно так же поступаю с Джуниором, не говорю ему прямо, что он мне не нравится, но пытаюсь всеми своими действиями показать, что нам не быть вместе, что мне нравятся другие парни. И ведь не потому, что Джуниор мне неприятен, а потому, что я люблю его как брата, и не хочу его как мужчину. Значит, Чонгук испытывает ко мне что-то подобное? Стоит ли мне смириться с этим, или попытаться перебороть это? А в силах ли Чжинён сделать что-то такое, чтобы я влюбилась в него? Ему надо перестать быть Чжинёном, вот что я думаю. Значит, так дело обстоит и со мной в глазах Чонгука. А Сана — это вроде как Чжунэ для меня. Очень горячее, сексуальное, то, чего хочется, но чему не поддаёшься, хотя и держишься из последних сил. Кажется, я начала понимать, оказывается, иногда очень важно поставить себя на место другого человека и проанализировать. Разве люди настолько разные, чтобы испытывать неповторимые чувства или реагировать на схожие вещи по-разному? Нет, я думаю, большинство людей как раз примерно одинаковое, и об этом не стоит забывать. Если я поступаю каким-то образом, то чего жду от других? Так что, если я хочу верить в то, что Чонгук отшил Сану (да и приставала ли она к нему позже? Может, в ней намного больше самолюбия, чем во мне, и кроме эротического танца она не посчитала нужным оказывать внимание кому бы то ни было, тем более сказали, что она уж очень дорого берёт), то я должна отшить Чжунэ. Я написала ему сообщение: «Пусть тебе твои тёлки из клуба трубку берут». И вообще берут у тебя всё, что ты им суёшь там, подумала я, но уже не уместила в послание.

Когда я вышла из душа, меня ждал краткий ответ: «Ревнуешь?». Да мне задолбалось уже вас ревновать, парни, это чья прерогатива вообще быть ревнивцами? Я взялась писать «размечтался», но стёрла. Написала «а кто ты мне, чтобы ревновать?». Опять не то, словно напрашиваюсь ему в девушки, когда он этого не хочет. Я подумала ещё немного, и не стала писать ничего вообще. Пора в качалку.