Книга Амазонка бросает вызов, страница 134 – Юлия Чеснокова

— Козёл! — шикнула я, кривя губы над стиснутыми зубами.

— Спокойной ночи! — ухмыльнулся он. Я вышла из машины, поднялась на крыльцо. Подождала, когда он отъедет, всё ещё держась за шею. Достав мобильный, я набрала Чонгука, не зная, на кого больше всего сейчас злясь, на него, на себя или Чжунэ? Все какие-то не к месту, все не вовремя, не пришей к… дыре рукав.

— Вот теперь я спокоен, — поднял он. Голос явно улыбался. — Теперь могу идти на покой.

— И давно ты за мной шпионишь? — Я вертела головой, пытаясь найти его, но ничего не было видно. Мало мне Джуниора в доме напротив! Я как важный политический лидер, за мной такая слежка!

— Не очень. Не волнуйся, я в воскресенье или понедельник уезжаю, так что больше не буду привязываться.

— Так и будешь стоять в кустах? — примерно прикинула я. Где ещё ему быть? — Или подойдёшь?

— Да нет, иди домой, и я тоже пойду спать.

— Зачем ты это делаешь?

— Что?

— Приглядываешь за мной. Тебя волнует, что со мной может что-то случиться? — попыталась я добиться какого-то признания. Какого? Он же монах, Господи ты боже мой. Чего я жду? Чего хочу от него?

— Меня волнуют все хорошие люди. Ты хорошая, Чонён, и я не хочу, чтобы тебе было плохо, только и всего.

— Кто сказал, что Чжунэ сделает мне плохо? — Я цинично цокнула языком. — Может, он мне как раз хорошо сделает.

— Ну, это ваше право, — засмеялся Чонгук, — делать друг другу хорошо вправе все. Только, знаешь, на контрасте с хорошим, плохое потом вдвойне горше будет, а насколько ты уверена в постоянстве Чжунэ? Лично я, насколько его знаю, не думаю, что он продержится сколько-нибудь долго. Ты считаешь, у него серьёзные планы?

— Не знаю, — сказала я. — Если бы знала, давно бы избавилась от сомнений.

— Ну, так не увлекайся тем, в чём сомневаешься.

— А ты никогда ни в чём не сомневаешься?

— Бывает.

— И что тогда делаешь?

— Либо спрашиваю совета у духовного наставника, либо бегу со всех ног куда подальше, — вновь хохотнул он.

— Ты? Бежишь? Не могу представить. Тебя, мне кажется, ничто не заставит отступить.

— Не забывай притчу, — напомнил Чонгук, — когда на пути бурная река — через неё перенесёшь всё, что требуется.

— Чонгук, — впитав в себя его слова, начала я заново.

— М?

— Мне нужен духовный наставник.

— Завтра, на мальчишнике, когда все хоть по чуть-чуть выпьют, у тебя будет широкий выбор. Там такие философы соберутся, что на любой вкус найдётся гуру, сэнсей, сонбэ, — в очередной раз нашёл отговорки он, сделав вид, что не понял намёк на себя.

— А ты будешь пить? Или такого обета ты не давал?

— Посмотрим, насколько бурная будет река, — сослался опять он на притчу. — Ладно, мне пора, Чонён, добрых снов!

— Доброй ночи! — вынуждена была уже закончить я беседу, соблюдая приличия, и сбросила вызов.

На всю квартиру раздавался смех Сынён. Она лежала на диване и смотрела какую-то комедию. Вжимая голову в плечи, я вошла в зал. Сестра привернула громкость и повернулась.

— Ну что, как сыграли?

— Победа! — подняла я кулаки в ликующей позе.

— Поздравляю! — протянула она мне руку для пожатия, по-деловому. Она такое себе только со мной позволяла.

— А как ночёвка у Гынсока? — полюбопытствовала я. Она ослепительно и сладострастно растянула улыбку:

— Победа! — повторился мой жест.

— Поздравляю, — парировала я, засмеявшись. Из их спальни вышла Чжихё в пижаме-кигуруми.