Книга Полтора метра счастья, страница 80 – Юлия Чеснокова

— Это не самое страшное, что может случиться, - пробормотала она. Потом забрала руку, прижав её к груди. Ещё немного, и переизбыток удовольствия от этого скромного касания лишил бы её голоса. – Я боюсь секса.

— Чего? – удивился Джело, сползя на пол с дивана вместе с подушкой и подложив её под спину. Сунён посмотрела на него сверху вниз. Все её самые прекрасные сны были наполнены этим молодым человеком, его высокой фигурой. Она и наяву готова была ползти по стенке от головокружения, стоило только вблизи посмотреть на его длинные ноги, на его высоченный рост, с которого он по-братски вечно тормошил её, плевав на нелюдимость и неиссякаемые страдания, прописавшиеся на её лице. Лунатиком её тоже прозвали не зря, иногда она вставала и ходила по ночам, чего потом не помнила. Парни не раз ловили её где-нибудь в прихожей или на подоконнике, пытающуюся открыть окно. Она была полна каких-то нелепостей, недоделок, собрание недостатков и странностей, но Джело никогда не относился к ней, как к сумасшедшей, хотя и мог мирно обзываться, повторяя за другими: Хисуи, Дэном, Санха. – Чего бояться-то его? Расслабься и получай удовольствие.

— Я же боюсь крови, - напомнила она. Джело хотел сказать « и что?», но до него дошло и ему стало неловко от того, что он понял. Ну разумеется, девственница – как ей быть? Она же потеряет сознание, если увидит или почует кровь.

— М-да, проблемка, - согласился парень. – Ну, я не знаю, напейся что ли для храбрости. Как-то же надо начать.

— Было бы с кем. - Сунён тоже сползла с дивана и приготовилась сделать вторую попытку. Сейчас она скажет ему точнее, о чем говорила. Попросит обратить на неё внимание, перестать воспринимать как пацанку. Она скажет, что хочет подарить свой первый раз ему.

— Кушать подано, - нарисовался в проходе Энтони с подносом и в фартуке. Улыбаясь, он дошёл до них и сел по другую сторону от девушки, переложив поднос на её колени, чтобы еда была посередине, и все могли дотянуться. Вздохнув, Сунён улыбнулась Энтони в ответ и развернулась к телевизору. Ну почему он так не вовремя? Но на него даже взбеситься невозможно. И как долго ещё будет продолжаться это хождение по мукам? Джело никогда не перестанет преданным псом ходить за Шиллой, если она ничего не предпримет. Сунён сказала себе, что всё зависит от неё, и этот Новый год не должен быть, как прошлый. Никакого виски, никакого абсента, никакой разрушающей тоски. Хорошо бы ещё, чтобы никаких Шилл и Энтони, но без этого, видимо, уже не получится.

Третий лишний

Оставалось около десяти дней до Нового года. У меня выдалось аж два выходных. Один, с позволения Хима, пока он всё равно работал, я посвятила тому, что отправилась к Сунён, Джело и Энтони, и помогла нарядить им квартиру. Туда же подтянулась Джейда, и мы впятером провели чудесный вечер, обсуждая, что будем готовить, кто что будет пить, ну и подробности грядущей свадьбы, разумеется. Как много праздников намечалось! Сунён не то чтобы подобрела, но в этот раз была почти незаметной, никому не мешая, и даже снизошла до того, что не обиделась и не рассердилась, когда Джело повесил ей на шею ярко-зеленую блестящую мишуру. Она так и ходила с ней до конца, не участвуя в разговорах. А они в основном были ни о чем, если не считать признания Джейды, что их с Санха подозрения подтвердились, так что скоро они станут родителями. Все темы грозили свестись к детям, если бы Джело снова не спас меня, и не перевел беседу на что-то другое. Я даже не запомнила на что, знаю лишь, что благодарно посмотрела на него. У нас с ним ни разу не получилось остаться наедине и поговорить о чем-нибудь по душам, тет-а-тет, как бывает у двух людей, связанных каким-то особенным прошлым, и я так и уехала от них в дружелюбном предпраздничном настроении без лишних слов и таинственных фраз, до которых постоянно скатываются мужчина и женщина, имевшие или собирающиеся иметь интимные отношения. Забравший меня Хим опять переглянулся напоследок с сестрой, такое ощущение, что спрашивая у неё, не вела ли я себя плохо в его отсутствие? Не хотелось бы мне иметь в её лице надсмотрщика, так что я постаралась не придавать этому значения. По дороге домой я стала рассуждать о том, какая странная всё-таки дружба между Сунён, Энтони и Джело, когда Хим вдруг изрек: