Книга Полтора метра счастья, страница 25 – Юлия Чеснокова

— Хим, - подергала я его за руку, кивая вверх. – Как ты думаешь, наши родители нас видят?

Он остановился, посмотрев туда же, и мы замолчали. Мы оба были круглые сироты. Его мать умерла при родах, моя когда мне не было и пяти лет. Мой отец умер семь лет назад, а Химчан пристрелил своего, случайно, около четырех годков назад. У нас сногсшибательное прошлое, ничего не скажешь.

— Хотел бы я знать ответ… - выдохнул он. – Но я уверен, что будь они рядом, то полюбили бы тебя тоже… А вот за симпатию твоих матери и отца мне пришлось бы побороться.

— Зуб даю, папа был бы от тебя в восторге, - пихнула я его в бок. – А с мамой мы тебя часто обсуждаем, ну, знаешь, между нами девочками, прямая связь с раем. Ты ей сразу приглянулся. Честно-честно.

Хим провел рукой по моей щеке. Я никак не могла ему ответить тем же, держа в одной ладони его ладонь, к которой крепился поводок Тени, а в другой букет.

— Я буду заботиться о тебе за обоих, – пообещал он.

— Это что, уже свадебные клятвы пошли? Я не подготовилась!

— В любом случае, если есть что сказать, давай скажем тут, я не хочу оголять душу при священнике, – признался Хим.

— Я тоже. Ладно. – Задумавшись на миг, я высвободила свою руку из его и начала зажимать пальцы. – Клянусь хранить верность, любить тебя любым, терпеть Тень на нашей кровати… нет, я погорячилась, надо лучше подумать…

— Шилла, - остановил он меня. – Это всё мелочи, которые я тоже клянусь терпеть, как и твою неряшливость.

— Я не!.. – хотела возмутиться я, но остыла. – Я неряха, я знаю. Хорошо, тогда я прошу тебя поклясться в одном. Готов? – Он мигнул глазами. – Никогда не бойся говорить мне никакую правду. И если вдруг ты не сможешь стать со мной счастливым… скажи мне об этом, пожалуйста. Я уйду, и мешать не буду.

— Клянусь, а ты тогда клянись тоже в одном. Готова? – Я мощно кивнула, сопроводив это закрытием глаз, как кукла, которая хлопает ими при наклонах. – Клянись, что даже если мы будем совершенно несчастны, мы будем несчастливы вместе. И если ты подумаешь, что мешаешь мне, продолжай это делать до самого конца, никогда меня не оставляя.

Поняв подвох, я надула губы, задумавшись, но Хим ждал ответа и я вымолвила:

— Клянусь.

— Вот и замечательно, а теперь, в этот золотистый полдень, наполненный предвкушением чего-то необычайного, давай донесем уже свои задницы до бедного пастора, который готов, наверное, проклясть нас вместо того, чтобы благословить.

— Ёбушки, да ты просто-таки поэт, как красиво сказал! – засмеялась я и, утерев лоб, помахала на лицо ладошкой. Солнце пекло даже тут, в тенистом парке. – Я устала идти, дай ещё немного передохнуть.

— Некогда, Шилла! – оглядевшись, Хим повернулся ко мне спиной и присел. – Залазь.

— Хэй, ты хочешь прокатить меня, как это принято у нас, в Корее? – Не задумываясь, я забралась на его спину, обхватив его покрепче ногами и обняв за шею. – Знаешь что, муж, ты идеальный.

— Терпеть не могу, когда называют «муж», «супруг», ясно, жена?

— Блин, я это тоже ненавижу. Отвратительно звучит. Надо будет составить список того, что обязуемся не делать.

— И делать.

— Всегда соглашаться друг с другом.

— Это невозможно, – возразил Химчан.

— Согласна, - засмеялась я, опровергая его возражение.

— Это не честно.

— Так точно, – вновь кивнула я, продолжая наслаждаться поездкой на его спине.